Эдмунд Шклярский («Пикник»): «Об обеспеченности группы можно судить по тому, как живут ее техники»
(С КАКОГО ГОДА ОТСЧИТЫВАТЬ ИСТОРИЮ «ПИКНИКА» –
С 1978-ГО ИЛИ С 1982-ГО)
«Если учесть, что наш юбилейный тур продлится с осени 2011-го до лета 2012-го, точной начальной даты и не требуется. Примем за точку отсчета период работы над нашей первой музыкальной информацией, оформившейся в дебютный альбом «Дым», изданный в 1982 году. Хотя название «Пикник» появилось на пять лет раньше, в 1978-м. Недаром впоследствии питерский регион получил номер 78 на автомобильных номерах...»
(ЧТО ДЕЛАЛ «ПИКНИК» В ПЕРВЫЕ ПЯТЬ ЛЕТ)
«А непонятно тогда было — зачем что-то записывать? Не случись перестройка, мы бы, наверное, по выходным собирались где-нибудь, музицировали ради удовольствия и шли бы в понедельник по своим нелюбимым работам. Многие группы так до своей первой записи и не дотянули. И мы, когда приступили к записи «Дыма», не вполне понимали, кому это надо. Что мы не зря выпустили «Дым», стало понятно, когда в Питере начали объявляться какие-то «ходоки» из Краснодара, Владивостока и рассказывать, что у них в ларьках продают кассеты с нашими песнями».
(О СВОИХ ОТНОШЕНИЯХ С САМИЗДАТОМ)
«Помню, народ путал «Примус» и «Пикник». На кассетах же ничего не подписывали. Однажды мы выступали в Москве, в цирке, на первом фестивале восточных единоборств, и спортсмены тренировалась под наш «Иероглиф», не зная, чья это песня. Только когда мы «живьем» ее сыграли, они сопоставили нас со знакомой им записью».
(КАКОЕ КЛИШЕ К НИМ ПРИЦЕПИЛОСЬ
БЛАГОДАРЯ СОВЕТСКОЙ ПРЕССЕ)
«У нас «опиумный дым», дурманящая эстетика… Скорее всего, корреспондент, писавший о «Пикнике», и не слушал наших песен. Ему просто набросали несколько цитат и сказали, что нужно сделать заметку в русле компании по борьбе с неофициальной рок-музыкой. Тогда Союз композиторов очень заволновался. От его членов стали уплывать хорошие заработки, поскольку в ресторанах стали петь песни «любительских» авторов».
(ПОЧЕМУ ОКАЗАЛИСЬ В ПЕРЕСТРОЙКУ В СТОРОНЕ
ОТ РОК-ВОЛНЫ)
«Так мы к тому моменту уже покинули Ленинградский рок-клуб. Тогда же как считалось? Ушли — значит, враги. Но нам хотелось гастролировать по стране. Рок-клуб мог сделать группе пару концертов в год в Питере — не более того. Поэтому мы перешли в Ленконцерт. Взяли нас на волне перестроечных веяний, но взгляды у сотрудников этой организации были далеко не революционными. К нам на репетиции, например, приходил их куратор и вздыхал: «Что-то у вас невесело... Вот я смотрел «Форум» — у них весело. Давайте, мы вам в состав дадим еще певицу…». На второй репетиции он сказал уже иначе: «Чего-то и у вас невесело, и у «Форума» тоже. Я вот послушал Modern Talking — хорошо…». В итоге нам посодействовал Владимир Воронецкий, человек с джазовыми пристрастиями, сумевший тем не менее поставить нам музыкальную часть программы, которую ленконцертовский худсовет утвердил без добавления певиц, дрессированных медведей и т.п.»
(ПОЧУВСТВОВАЛИ ЛИ ТОГДА ИЗМЕНИВШИЙСЯ СТАТУС)
«Так вышло, что первые гастроли мы проводили в Таллине с группами «Круг» и «Диалог». И директриса из Ленконцерта тут же предупредила: «Не думайте, что всюду вас ждут такие же приличные условия, как здесь». И еще мы поняли, что стадионная публика в основном знала наше название, но не песни. Поэтому пришлось задуматься над визуальной стороной — создавать шоу, гримироваться».
(О БУДУЩЕМ АЛЬБОМЕ)
«Это альбом, скажем так, фольклорных песен под названием «Три судьбы». Он скорее для прослушивания на аудионосителях. Некоторые из выбранных песен с детства присутствовали в нашей жизни: «Ой, да не вечер», «Любо, братцы, любо», «Полюшко-поле»…»
(ПОЧЕМУ РЕШИЛИ ПЕТЬ ЧУЖОЕ)
«Просто есть чужие композиции, которые хочется сыграть по-своему. Например, ряд кавер-версий Джо Кокера мне нравится больше оригиналов. Переосмыслить чужую песню и не испортить ее — интересная задача».
(ОТКУДА РЕСУРСЫ НА ПЕРФОМАНСЫ)
«Во-первых, промоутеры наших концертов берут на себя часть расходов. Во-вторых, мы умеем оптимизировать смету. Не просим поставить нам фонтаны в середине сцены или что-нибудь подобное. Зато отслеживаем конъюнктуру рынка. Скажем, появились какие-то интересные световые приборы. Год назад они стоили бешеные деньги, а сейчас на них уже адекватные цены. И мы их заказываем. Три года назад десятиметровые экраны казались роскошью, а сейчас — вполне доступная техника».
(О МАТЕРИАЛЬНОМ БЛАГОСОСТОЯНИИ ГРУППЫ)
«Об обеспеченности группы можно судить по тому, как живут ее техники. Когда-то у нас их вовсе не было. Сейчас один из наших техников выпустил сольный альбом, другой катается в Альпах на горных лыжах».
(О ВЫСКАЗЫВАНИИ АРТЕМИЯ ТРОИЦКОГО
ПРО ВАДИМА САМОЙЛОВА, КОТОРОГО ОН НАЗВАЛ «ДРЕССИРОВАННЫМ ПУДЕЛЕМ ПРИ СУРКОВЕ»)
«К Вадику у нас совершенно другие чувства, нежели у Троицкого. Наверное, Артемий либо не очень хорошо знает Самойлова, либо им двигали какие-то личные обиды».
(О СУДЕБНОМ ИСКЕ САМОЙЛОВА К ТРОИЦКОМУ)
«Цивилизованный подход. Что же ему, на него с лопатой кидаться? Меня коробит, когда уважаемый артист или критик публично высказывает нечто нелицеприятное в адрес коллег».
(«Известия», 11.08.11)