(О ДУХОВНОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ КОНСТАНТИНА КИНЧЕВА)

«Трансформация Кости буквально на моих глазах произошла. В 1992 году меня стараниями Стаса Намина занесло в состав культурной миссии, отправлявшейся в Иерусалим. Тогда я лично познакомился с массой интересных людей, в том числе, с Кинчевым. И в той поездке он превратился из Кости, которого мы знали прежде, в того человека, каким он является сейчас. Удивительная метаморфоза. Разбойник становится монахом».

(КАК УБЕРЕГСЯ ОТ ПОДОБНЫХ ТРАНСФОРМАЦИЙ)

«Я был к тому моменту уже взрослым, сорокалетним мужчиной. И в большей степени испытал тогда культурный шок от Иерусалима. Без религиозного экстаза. У меня это был первый выезд за границу, и сразу в такой исторический город. Ходил по библейским местам и снимал что-то на пленочный фотоаппарат».

(НАД ЧЕМ РАБОТАЮТ)

«Нас можно считать постоянно функционирующим музеем. И если в рамках нашего музея вдруг возникнет какая-нибудь «авангардная выставка» – не удивляйтесь. Я услышу в себе новую музыку, она вытащит из каких-то «амбаров» новые слова, и что-то получится. Но совершать одни и те же поступки, продолжать сочинять «битловскую» музыку, мне больше неинтересно. Другое дело, что я привязан к нашему репертуару и сколько бы ни думал, о том, как могут звучать мои новые темы, с кем их записывать и исполнять, прихожу к выводу, что в «Воскресении» мне работать удобнее всего».

(КТО ПРИНИМАЕТ РЕШЕНИЯ В ГРУППЕ)

«При моей лени и апатии, меня существующее положение вещей стопроцентно устраивает. Это Андрей Сапунов как-то пытался размыть наш брэнд, проталкивая свою авторскую программу с барабанщиком и басистом из «Воскресения», но без меня.  К несчастью, это затея не имеет особого успеха. Но Андрей почему-то решил так сделать. Возможно, для тех песен, которые он по каким-то причинам не отдает в «Воскресение», я ему, как гитарист не подхожу. А Вова Сапунов очень порядочный, толковый и энергичный менеджер».

(ЧТО ЕМУ МЕШАЕТ ВОПЛОЩАТЬ ПАРАЛЛЕЛЬНЫЕ ПРОЕКТЫ) 

«Предположим, у меня есть намерение сделать программу с ансамблем «Маримба плюс». Но тогда нужно предложить им ангажемент. Не просто серию репетиций. Они же музыканты, постоянно работающие, плюс у них есть «халтура». И чтобы заниматься моими идеями, я их должен мотивировать. Но составление гастрольного плана – не мое занятие. А чтобы просто джемовать -  мне достаточно интернета. Мы с Юркой Китаевым лепим забавные аранжировочки, перебрасываясь треками по Скайпу».

(О НОВЫХ ИНТЕРПРЕТАЦИЯХ СТАРЫХ ПЕСЕН)

«Да, об интерпретациях. Только не «Кто виноват?». Есть некоторые романтические песенки, которые «Воскресение» уже не исполняет – «Спешит моя радость», «Атлантида», нечто философское, что наша драгоценная публика на концертах уже почему-то не «хавает». Вот их можно изящно переработать».

(О НЕМУЗЫКАЛЬНОЙ ЖИЗНИ)

«Меня, в основном, достают вопросами, касающимися моей тюремной практики (в 1984 году Романова арестовали по обвинению в незаконной концертной деятельности – Прим.ред.). Видимо, нужно, чтобы я  начинал рассказ о «своей жизни в искусстве» фразой: «Когда я сидел в Бутырке…». Что касается других предложений – они пресекаются в деликатнейшей форме. Нам с Ларисой Николаевной это неинтересно. Тем более, если дело касается третьих лиц, того же Бори Моисеева. Благодаря его несчастью светиться в пошлейших передачах мы не станем».

(ПОЧЕМУ В ПЕСНЕ «ДЕЛО ДРЯНЬ» ПОЯВИЛАСЬ СТРОЧКА «А СВОИ ПРОДОЛЖАЮТ ТЕБЯ ПРЕДАВАТЬ»)

«Я же не просто так это ляпнул. Правда, в следующей фразе слово «кровать» случайно. Не нашел сразу другую рифму. А данная строка – продуманная штучка. Это разговор и о моей безответственности, душевной слепоте, излишней требовательности к ближним. Процесс предательства со стороны своих, вроде бы, продолжается. Но, возможно, он – просто обратная сторона моей наивности. Ты расцениваешь чьи-то поступки как предательство, как измену каким-то твоим понятиям. Но эти понятия именно твои. Они – не всеобщий устав, мы же не в армии. А человек просто поступил, согласно своей логике и рассудку, не давая тебе никаких обещаний, не расписываясь кровью. В чем тогда предательство, в чем измена?»

(«ВОСКРЕСЕНИЕ» – ЭТО…)

«…одна из групп московского мейнстрима 1980-х годов, стилистически тяготеющая к брит-попу и ритм-энд-блюзу. Литературно продолжающая русскую романтическую поэзию. Вообще, когда мы начинали, амбиции у нас были космические, а потенциал – гаражный, и это рождало потрясающую движущую силу».

(«Известия» 27.07.11)