РАЙМОНД ПАУЛС: "ПРОЩАНИЕ ПУГАЧЕВОЙ - ЭТО РЕКЛАМНЫЙ ТРЮК ПЕРЕД ЕЕ БОЛЬШИМ ГАСТРОЛЬНЫМ ТУРНЕ"
"Я не люблю эти тусовки. Ну поеду, мы с Аллой выйдем, исполним старый номер. Зачем? Резник появится и вся эта компания".
(ОБ УХОДЕ ПУГАЧЕВОЙ СО СЦЕНЫ)
"Не очень-то я в это верю. Думаю, это рекламный трюк перед ее большим гастрольным турне. Для меня Пугачева состоит из двух частей. Первая - сцена. К тому, что Алла делает как певица, я отношусь с большим уважением. А вторая - ее личная жизнь, в которую я не вмешиваюсь. Уважаю ее талант, дай Бог, чтобы таких певцов было больше. Алла - сложный, интересный и очень талантливый человек. Про остальное говорить не буду".
(ТРУДНО ЛИ БЫЛО РАБОТАТЬ С ПУГАЧЕВОЙ)
"Алла очень требовательна, может такое в глаза сказать, что тянет на кровную обиду. Выскажется - и на душе у нее сразу легчает. Но со мной Пугачева просто не успевала поругаться. Я приезжал в Москву на два-три дня и моментально исчезал. Потом мне звонили, рассказывали, что Алла опять что-то натворила. Но я не хотел ничего знать!"
(О ПРИЗНАНИИ ПУГАЧЕВОЙ, ЧТО ЕЙ НАДОЕЛ "МИЛЛИОН АЛЫХ РОЗ")
"Это в ее характере! Тогда не пой, тебя ж никто не заставляет! Но Алла великолепно знает, что это один из самых удачных концертных номеров, под который поет весь зал. Хотя я, честно говоря, не понимаю, почему песня, в которой три ноты и два аккорда, стала хитом. Алла имеет полное право исполнять то, что хочет. Я никогда не вмешивался в ее репертуар. Боже сохрани это сделать..."
(О СЛУХАХ О РОМАНЕ С ПУГАЧЕВОЙ ПОСЛЕ ИСПОЛНЕНИЯ "МАЭСТРО")
"Это была известная телесъемка, где я сижу за фортепиано, смотрю на нее, а она для меня поет... Сразу поползли слухи о нашем романе. Между нами ничего не было, иначе моя жизнь пошла бы совсем по-другому. Но никто не верил! У нас остались лишь дружеские отношения. Жизнь знаменитых людей окутана легендами, а в действительности все гораздо банальнее. Люди просто встречались, выпивали, под настроение что-то писали. Нужны были деньги, сочиняли опять. Вот она, правда..."
(О ПРИЧИНАХ ПОПУЛЯРНОСТИ СВОИХ ПЕСЕН)
"Просто повезло. Откуда я знал, что мои мелодии, например "Листья желтые" или "Маэстро", станут любимы? Но так получилось. Кстати, то, что сегодня называют хитами, раньше были просто популярные песни. Помню, в советское время самым главным в стране был концерт, посвященный Дню милиции. Попасть туда было заветным желанием каждого артиста. К нему готовились целый год. Если тебя забыли включить в программу, это не дай Бог. Со мной такого не случалось. Но проверки текстов были довольно серьезными. Высокие требования выдвигались и к внешнему виду. Попробуй появиться на глаза телевизионному начальству в джинсах или с бородой. Сразу скандал! И никакой талант не спасет. Так случилось и с Валерой Леонтьевым, которого вначале никто не признавал".
(ХОТЕЛ ЛИ УЕХАТЬ ИЗ СТРАНЫ)
"Никогда! Несмотря на жесткий контроль, цензуру, у нас снимались отличные фильмы, были великие музыканты - Шостакович, Прокофьев. В эстраде наступил период Муслима Магомаева. Отечественной моды практически не было. Стильные вещи покупали у фарцовщиков. Помню, я долго гонялся за супермодным американским пестрым галстуком. Уже не помню, что на нем было нарисовано, да это и не важно. Отдал за него какие-то бешеные деньги!"
(ОБ АЛКОГОЛИЗМЕ)
"Да, это был тяжелый период, который мог закончиться смертью, если бы я продолжал жить в таком ритме еще года два-три. Многие музыканты пропадали тогда из-за водки. Как-то случайно я попал с группой на гастроли в Одессу и познакомился там со Светланой. Она была потрясающей красоты. Представьте, в латышскую семью я привожу русскую женщину. Открытой вражды не было, хотя "шпильки" в компаниях вставляли. До 1962 года пару лет я сильно пил, но с тех пор даже вкус пива забыл. Абсолютно ничего! Жена - единственный человек, который меня поддержал и вывел из состояния, когда доходило до того, что денег не было ни копейки. Если бы не она, не выпутаться мне..."
("Факты и комментарии", 15.04.09)