Концерт немецкой группы Diary Of Dreams, приуроченный к выходу девятого студийного альбома "Nekrolog 43", состоялся в клубе "Точка" 24 февраля. За полтора часа до начала концерта перед "Точкой" выстроилась пятидесятиметровая трехрядная очередь из разодетых в латексные костюмы любителей немецкой "шварце-сцены". Танцпол "Точки" в четверть часа наполнился под завязку. На сцену повалили клубы дыма, и тут же выскочили диковатого вида молодые люди, раздетые до пояса — музыканты французской группы Tamtrum. Зубодробительная музыка началась одновременно со вспышками стробоскопов, а вокалист, поставив ногу на монитор и героически выгнув спину, принял позу хозяина ситуации. Так он простоял недолго, начав носиться по сцене туда-сюда, периодически падая на колени, а под конец второй песни вскарабкался на монитор и замер в позе горгульи с собора парижской Богоматери. Народ, созерцавший эти языческие пляски, остался прохладен, однако некоторые адепты киберкультуры, соскучившись по французам, так редко бывающим в России, затеяли толкотню посреди танцпола. Перкуссионист группы набрал в рот черной краски, выплеснул ее на себя и начал размазывать разводы руками, чем сразу оживил публику. Он взял микрофон и стал вопить в него громче вокалиста, умудряясь балансировать на краю сцены и размахивать над головой микрофонной стойкой. Группа девушек, стоявших ближе всего к нему, немедленно выразила общее желание также испачкаться в краске. Юноша с радостью им помог, протянув руки. Одна из девушек подарила ему букет роз. Взявшись снова за палочки, звереподобный перкуссионист стал бить по крэшам и одновременно терзать зубами розу из букета. Ближе к концу феерической вакханалии, которую устроили Tamtrum, перкуссионист оказался практически без штанов, которые висели на грани дозволенного. Вокалист, визжа, также вымазался в краске. Покидая сцену, они кричали "Спасибо, девушка!" и "Спасибо, Москоу!" Большая часть зала, разгорячившись откровенным выступлением французов, была не против эксгибиционизма и неистовствовала. После Tamtrum на сцену вышла уборщица, чтобы перед хедлайнерами убрать лужи краски. Танцпол неожиданно оживился и взревел. Уборщица, смущенно улыбнувшись двойным рядом золотых коронок, убежала.
Народу на танцполе становилось все больше, люди, стоявшие в первых рядах, практически расплющились о край сцены. Клуб огласился неистовыми воплями, когда Diary Of Dreams появились перед поклонниками. В отличие от полуодетых французов, немцы вышли в кожаных пальто. Лидер группы Адриан Хэйтс подошел к краю сцены и тут же был схвачен за полы своего длинного, проклепанного металлом одеяния. Его спасли лишь огромный рост и внушительная комплекция: одним движением он стряхнул дюжину маленьких готических девочек со своего плаща. Пока музыканты играли первую песню, к сцене прибились девушки с цветами и протягивали их Хэйтсу. Но тот был в образе и ходил по краю сцены, красиво взмахивая руками, и букеты начал собирать лишь после окончания песни. "Добрый вечер, друзья!" - воскликнул он почти без акцента, чем порадовал слушателей. Он добавил несколько англо-немецких реплик, после чего группа продолжила играть. Гитарист группы Алистер Кейн, мило улыбаясь сквозь большой слой черно-белого грима, чеканным шагом маршировал с гитарой из одного конца сцены в другой. Почти на одном дыхании команда выдала такие боевики, как "False Affection, False Creation", "She" и "Chemicals". После того, как одна преданная фанатка вручила Адриану огромную охапку красных роз, он так растрогался, что шепнул ей "спасибо" и, чуть не вытянув девочку на сцену, поцеловал ей ручку. Толпа была щедра на подарки, и Хэйтс то и дело собирал с краев сцены протягиваемые ему украшения (колец на его пальцах стало в два раза больше) и картины. Гора цветов выросла настолько, что почти полностью закрыла бочку ударной установки. После того, как Адриан снял плащ, он стал более смело подходить к русским поклонникам, не рискуя быть разорванным на сувениры. Каждый раз, как он приближался к мониторам, люди волной подкатывались к первому ряду и протягивали руки. Некоторые девушки умудрялись, вытянувшись, погладить кумира по коленке, запястью или обитом железом носку огромного сапога. Народ спел большинство песен хором с группой, показав знание не только английских, но и немецких текстов. Всех рассмешил один выпивший мужчина в летах, который кричал Адриану: "Андрррюха!!", - а тот, кому этот дружественный вопль был адресован, не понимал, почему все покатываются. Во время исполнения последней песни программы на сцену вылезла девушка. Музыканты сделали вид, что не заметили ее, и она некоторое время танцевала, стараясь никому не мешать играть. Фанаты же озлобились и стали, показывая на нее пальцами, спрашивать друг у друга: "А это вообще кто?!" Потом появился техник группы и увел ее от греха подальше. Музыкантов вызвали на бис криками "We want more!", и те повторили последнюю песню. Но народ не мог так просто отпустить немцев, пока они не исполнят одну из главных песен "The Curse". Толпа стала скандировать название этой песни, и группа ее исполнила при активной поддержке зала. После того как они ушли, зрители, покричав минуты две, подумали было, что кумиров им не дозваться, Адриан появился с клавишником и, сказав, что они еще не закончили, попросил тишины. Народ притих. Заиграла медленная акустическая песня. Тому, кто начинал визжать, соседи яростно зажимали рот. В полной тишине под раскачивание леса рук песня была допета, после чего Хэйтс сказал: "Минут через двадцать мы еще с вами обмоем этот день и будем здесь тусоваться до шести утра!" После этого заявления вой публики не смолкал несколько минут. После Diary Of Dreams с диджейским сетом выступила DJ Диана Дарк.