(О СВОЕЙ НОВОЙ КНИГЕ "КАЗАЧКА-2")
"Может быть, для профессионала моя книжка слишком наивна по линии мастерства. Но она новая. Там я рассказываю то, чего не было в первой книге. А теперь отобрали эту бумагу, и я прямо маюсь - нечем заниматься".
(ПОЧЕМУ РЕДКО ДАЕТ ИНТЕРВЬЮ)
"В основном с телевидения приходят, снимают, но редко. Да я сама не очень... Тяжелое очень дело. Потом - желтая пресса: все-таки пролезли..."
(КАК ОПРЕДЕЛЯЕТ — "ЖЕЛТАЯ" ПРЕССА ИЛИ НЕТ)
"А кто же, если по закоулкам и кастрюлькам заглядывают: какой суп там кипит? Наташа (сестра Нонны Мордюковой. — Прим. ред.) увидела, как оператор - маленький такой - сгорбатился, в спальню залез и снимает. Наташа возмутилась: "Вы что тут делаете?" Он молча вышел - видно, сделал все, что ему надо".
(ОБИЖАЕТСЯ ЛИ НА ЖУРНАЛИСТОВ)
"Очень. Им бы глубже залезть в лифчик женщине или подсмотреть что-то такое, совсем их не касающееся. Они это снимают - аж слюну глотают от счастья".
(О НИКИТЕ МИХАЛКОВЕ)
"Мы дружим с ним, любим друг друга, как говорится, на расстоянии. Он очень занятой человек. И кино снимает, и на телевидении выступает".
(ПОЧЕМУ НЕ СНИМАЕТСЯ СЕЙЧАС)
"Сюжетов уйма! Но ведь не каждый мне подойдет. Я ж не буду играть в фильме про бандитов. Мне другое нужно. Ну вот один сюжет. Живут эти, как их, олигархи. А их домработницы - из деревень окрестных. И они создали свой мирок в жизни. Вплоть до того, что скинулись и соорудили себе мазанку такую и собираются в свободное время. Там они и разговоры ведут, и на балалайке играют, и песни поют... Тянет их к той жизни, где молодость прошла. Когда жили все вместе, одними интересами. Верили: да здравствует, да здравствует! - и все будет хорошо... <…> На самом деле в жизни изобилие тем, но то, что предлагает сейчас кино и телевидение, - не мое. Не по моим убеждениям, может, не по моим природным данным. В запасниках много образов, руки чешутся написать - прямо хоть за третью книгу берись"
(У КОГО БЫ ХОТЕЛА СНЯТЬСЯ)
"Я хотела бы сняться у режиссера Андрона Кончаловского. Да-а! Он всегда был для меня желанной загадкой. Как режиссер".
(В ЧЕМ ПРИЧИНА ЕЕ АКТЕРСКОГО УСПЕХА)
"Не сочтите за хвастовство, но я просто уже научно понимаю, что не зря тратила свою душу на съемках. Я была очень-очень органичной, старательной, реальной женщиной на экране. Может, если б мне дали Анну Каренину, я была бы смешна. И поэтому я от нее и отлынивала - мне предлагали сыграть в учебной постановке. А там, где идет разговор о вот таких бабках, дедках да тетках, там-то я сильна! И там уже лучше меня никто не сыграет. А из кого народ наш состоит - из таких работяг. У меня в книжке описана девочка - в школе на последней парте сидела, худенькая такая, голодненькая, как все. Из бедной-бедной многодетной семьи. Колхоз, немцы только что ушли, школу открыли. У нее вместо портфеля торбочка холщовая, а на ней пучок калины булавкой пристегнут. Она выходит к доске, подняла головенку свою, читает стихотворение Некрасова. Помню только последнюю строчку: "Как на соху налегая рукою, пахарь задумчиво брел полосою..." И так она слово выделила, протянула: "...заду-у-умчиво". Потому что тяжко крестьянину: опять поздно весна пришла, опять неурожай будет. У девочки слезы на глаза навернулись. А учительнице не понравилось, что она именно на этом слове акцент сделала".
(ХОТЕЛА БЫ КАКУЮ-НИБУДЬ ИЗ СВОИХ РОЛЕЙ ПЕРЕИГРАТЬ ПО-НОВОМУ)
"Нет. Я со своими ролями справилась. Другое бы что-нибудь сыграть. Камера тянет. И подумать, поразмыслить. Что-то от своей руки написать. У меня же все роли оснащены моей литературой".
(О ЖИЗНИ)
"Так нормально! Жаловаться... А какой смысл? Ну ладно, будет одноразовый какой-нибудь укол, может, пшена принесут или еще что-нибудь... Мне и так ни с того ни с сего 100 тысяч прислали из Союза кинематографистов. Потом 4 тысячи прислал как-то Юрий Михалыч Лужков. Я им благодарна за внимание. Правда, все улетает быстро".
(О ПОВЫШЕНИИ ЦЕН)
"Мы так же недовольны повышениями цен. И так же пугаемся: что дальше будет? Но не выносим это за ворота. У нашего народа всегда так: кто бедный - кому не хватает от пенсии до пенсии - они молчаливо себя ведут: они не знают, что делать. Они в растерянности. А кто не бедный, тот на эти скачки не реагирует, для них это мелочи".
(ОБ АКТЕРСКОМ ПРЕДНАЗНАЧЕНИИ)
"Люди все - начиная от генерала и кончая простой-простой киоскершей, бабушкой старенькой, - считают, что моя зона - не для жалоб. Что актеры - это носители праздника. Неважно, я это или другая артистка. Мы несем в себе какое-то такое оптимистическое настроение. Мы как будто бы предназначены для оптимизма. Для того, чтоб выдержка была, чтоб пережить любые трудности".
("Комсомольская правда", 22.11.07)