(О ПРИНЦИПИАЛЬНОМ ВЫБОРЕ РОЛИ КАТЕРИНЫ)
"В Театре имени Пушкина в Москве мы с Михаилом Бычковым репетируем пьесу Пиранделло "Человек, зверь и добродетель". И на нашей первой же встрече он сказал: "А не хотели бы вы сыграть Катерину в Петербурге? Девушка, которая должна была ее играть, беременна..." И тут же рассказал концепцию, очень интересную. И я согласилась. Еще при поступлении в Театральный институт, когда меня спросили, что бы я хотела сыграть, я ответила: Катерину в "Грозе". Мне в ответ: "Какая вы! О Катерине мечтаете!!""
(ВОЗМОЖЕН ЛИ ОПЫТ В 17 ЛЕТ)
"Если не война, то вряд ли. Я не верю, что в 17 лет достаточно энергии и ума, чтобы не просто переживать любовь, но и осознавать, что ты испытываешь".
(О СУЩНОСТИ ПРОФЕССИИ АКТЕРА)
"Недавно мы с Валерой Гаркалиным разговаривали о сущности нашей профессии. Он сказал замечательно: "Актер - это философ. Просто он вот так общается, так разговаривает с миром - посредством своих ролей". Как же я могу соглашаться на "какие-то" роли? Я не хочу частить в театре, в кино. Если случается, что тебе сейчас сказать особенно нечего или нет ролей, благодаря которым можешь сказать нечто важное, лучше подождать, когда что-то произойдет в твоей жизни, и возникнет возможность со сцены поделиться тем, что ты чувствуешь".
(О ЧЕМ ХОТЕЛОСЬ СКАЗАТЬ, ИГРАЯ КАТЕРИНУ)
"Об умении любить. Об открытом, чистом сердце. О непримиримости с обстоятельствами. Как говорит Варвара: "По мне, делай что хочешь, только было бы шито да крыто". Катерина не может так. Она верит по-настоящему в то, что есть высший суд, который рассудит всех. И не надо бояться любви. Даже если иногда это страшно — любить".
(ПОЧЕМУ МОЖЕТ БЫТЬ СТРАШНО ЛЮБИТЬ)
"Потому что может быть больно. Но не надо бояться боли. Это касается не только отношений мужчины и женщины, но и отношений матери и ребенка, отношений в семье, вообще - взаимоотношений между людьми. Мы все время боимся открыться друг другу. Кто-то мне сказал: "Ты - не такая". На самом деле, я - как морской еж, который весь в иголках. Но это только панцирь. А внутри я мягкая, внутри я - жидкая. Так что аккуратней, можно пролить. Вот этого мы и боимся - что кто-то расковыряет дырочку и все вытечет".
(ПОЧЕМУ ЛЮДИ ЗАКРЫЛИСЬ)
"Не знаю. Может, стали бояться, что кто-то нами будет пользоваться? Жадничаем? А чего жадничать... Мне не жалко ничего. Чем больше я отдам, тем богаче я стану".
(О БОЛИ)
"Все больно. Жить - больно, и надо это понять. Надо взрослеть. Когда я была маленькая, я боялась уколов, врачей, еще чего-то. А сейчас я понимаю: та боль душевная, которую мы испытываем, может помочь что-то понять, шире смотреть на мир".
(О НЕПРИЯТНЫХ СЮЖЕТАХ ПО ТЕЛЕВИЗОРУ)
"Неприятные сюжеты" - это всякие "звезды на льду", "звезды в цирке". Верх пошлости! Когда я смотрю эти передачи, то думаю: почему же нас за таких идиотов держат? Поэтому должны быть такие спектакли, как "Гроза".
(О ТОМ, ЧТО МНОГИЕ СЧИТАЮТ, БУДТО ЗРИТЕЛЬ В ТЕАТРЕ ХОЧЕТ ТОЛЬКО РАЗВЛЕКАТЬСЯ)
"Ничего подобного. Я много езжу на гастроли в разные города: везде ждут хороших, серьезных спектаклей. В театре идет разговор от сердца к сердцу, здесь и сейчас. На самом простом и самом древнем языке эмоций. Эта передача энергии очень важна. Где еще такое возможно? Ни кино, ни телевизор на такое неспособны".
("Российская газета", 09.08.07)