ГАЛИНА ТЮНИНА: "ОТНОШЕНИЯ МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ - САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ, ЧТО МОЖЕТ БЫТЬ В ИСКУССТВЕ"
"Я никогда не думаю на эту тему: уродую я себя или нет. Быть постоянно красивой - это удел манекенщиц и фотомоделей, я же драматическая актриса и, значит, должна перевоплощаться в каждом новом спектакле. И если вы не узнали меня в "Носорогах", то мне это только приятно".
(О САМОМ ИНТЕРЕСНОМ В ИСКУССТВЕ)
"Взаимоотношения мужчины и женщины - это самое интересное, что может быть в искусстве. Я не понимаю истории про однополую любовь, ибо искажение человеческой природы всегда выглядит чудовищно, дико, неестественно. Когда мне по роли надо погружаться в мир чувств, то я вспоминаю свои собственные ощущения от прикосновений, замирания сердца. Ведь любовь - это своего рода высокая болезнь. Я много слез пролила, когда играла жену Бунина в фильме Леши Учителя. Я преклоняюсь перед творчеством Бунина, могу перечитывать "Темные аллеи" десятки раз, а тут надо было сыграть жену Ивана Алексеевича, ее великое терпение и мудрое отношение к капризам гения, к его увлечению другими женщинами".
(О РЕЖИССЕРАХ, С КОТОРЫМИ ОНА РАБОТАЛА)
"Мне, наверное, в этом смысле повезло. Кроме благодарности и большой признательности, я ничего другого не могу испытывать к Алексею Учителю, Сергею Соловьеву, Эльдару Рязанову, Глебу Панфилову, у которых мне посчастливилось сниматься. Этих мастеров я называю растратчиками, потому что на съемочной площадке они тратят себя без остатка. Для каждого из них в работе нет мелочей. Помню, в "Круге первом" мы снимали сцену, и на столе должен был стоять стакан в серебряном подстаканнике, а его не оказалось. Так вот, Панфилов не начал съемки до тех пор, пока стакан не нашли. И это, поверьте, не выглядело каким-то капризом..."
(О СВОИХ ПАРТНЕРАХ ПО ФИЛЬМАМ)
"С партнерами в кино мне тоже везло. На съемках в том же "В круге первом" я подружилась с Инной Чуриковой. Инна Михайловна не только удивительная актриса и мудрая женщина, которая не боится своего возраста, она еще и удивительный человек, очень заботливый. Если у тебя болит голова, она и таблетку раздобудет, и горячего чаю принесет. Никакого премьерства, а уж тем более зазнайства. Эта старая гвардия настоящих артистов может сто очков вперед дать любому зарвавшемуся "медийному лицу", потому что за ними стоит мастерство и культура. С удовольствием работала я и с Женей Мироновым, моим однокурсником по Саратовскому театральному училищу, который уже 25 лет назад поражал всех своим трудолюбием. Однажды, когда мы с ним случайно встретились в Москве, то прошли пол-Тверской улицы, останавливаясь у каждого столба. Женя тогда готовился играть Треплева в чеховской "Чайке" и проверял на мне свою роль, а я ему подыгрывала. Наверное, прохожие думали: вот сумасшедшие".
(ПОЧЕМУ СОГЛАШАЛАСЬ ИГРАТЬ В ФИЛЬМАХ ВРОДЕ "ДОЗОРОВ")
"Вы так говорите, будто актеры могут предвидеть результат. Знаете, в театре существует неписаное правило: если спектакль получается, то это заслуга актеров, если проваливается, то виноват режиссер - значит, не сумел вложить в исполнителей то, без чего на сцене нет живой жизни. А в кино... Мне кажется, актер там только модель, типаж, многое решает сценарий, режиссер, оператор. Наверное, я говорю прописные истины, но вы, журналисты, должны об этом знать и не бросать нам таких необдуманных упреков. И потом, о фильме " В круге первом" я тоже читала нелицеприятные статьи, хотя они абсолютно несправедливы, мы с Женей Мироновым много говорили об этом".
(ОБ ОТДЫХЕ)
"Если честно, то у меня, кроме работы, ни на что больше нет времени. Я уже не помню, когда отдыхала, а если неожиданно повезет и выдастся свободный денек, то сажусь за руль и еду на своей машине к маме в Подмосковье, чтобы поговорить с ней по душам, понежиться у родного плеча. Мне даже не хватает времени для общения с моей любимой племянницей, к которой я отношусь как к дочери. Если же мне в ежедневной московской суете повезет побывать на интересном спектакле другого театра, то это праздник, а нежданное общение с близкими друзьями - просто роскошь. Но я ни о чем не жалею и другой жизни себе не желаю, ибо всегда выбирала и выбираю то, к чему лежит сердце".
("Труд", 11.04.07)