(О СОВРЕМЕННОМ РОКЕ)
"Меня огорчает только та ситуация, что музыка стала очень усредненной. Молодому музыканту, который хочет чего-то достичь, я посоветовал бы не слушать музыку. Никакой вообще. Слушать себя, делать свое, не ориентируясь ни на что. Делать то, что он считает нужным, и так, как он считает нужным. И не обращать внимания ни на чьи мнения. А то обычно что бывает? Они наслушаются на радио тридцать групп, которые и так друг на друга похожи, как подосиновики в лесу. И вот уж глядь — тридцать первая группа появилась. Узкий кругозор, многие даже представить себе не могут, как что-то можно сыграть иначе. Они ориентируются на радиостанции — что возьмут в ротации, что не возьмут… Нам в свое время вообще наплевать было на радиостанции! Будет крутиться песня или не будет — лишь бы нас таращило самих".
(ЗАЧЕМ ОН ПОЕТ)
"Для меня единственная достойная задача — изменить что-то в человеке. Заставить его задуматься о том, что проходит в жизни мимо него. Чтобы в мелкой мельтешне не потерять чего-то главного".
(О ГЛАВНОМ)
"Карлос Кастанеда когда-то написал о том, что самое главное — это то, что за твоим левым плечом на расстоянии вытянутой руки стоит Смерть и в любой момент она тебя может коснуться. В любой. Как сказал Воланд в булгаковском "Мастере и Маргарите": "Да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен". Карлос был прав, Смерть — самый лучший советчик человека".
(О КОНЦЕПЦИИ НОВОГО АЛЬБОМА)
"Я считаю, что только перед лицом смерти человек обнажает свою истинную природу и способен на что-либо действительно стоящее. Разум у людей одинаков. Я больше десяти лет изучал религию и философию с той целью, чтобы найти какую-то простую и понятную для всех концепцию, которая способна изменить сознание человека. И вот свои исследования на протяжении 13 лет я постараюсь резюмировать в новом альбоме "Пилота", который мы сейчас будем делать".
(ЧЕМ ЕГО НЕ УСТРАИВАЮТ СУЩЕСТВУЮЩИЕ РЕЛИГИИ)
"Во всех религиях я находил для себя положения, которые противоречили либо моей совести, либо моему разуму, либо моей логике. А логика разума у всех людей одна, если он не фанатик, не упертый в чем-то одном, не слеп. Разум един, и логические выводы он делает одни и те же. Именно поэтому я искал такие выводы, которые способны через логику разума показать человеку совсем другие стороны жизни. Ни в одной религии я этого не нашел".
(О СВОЕЙ РЕЛИГИИ)
"Я не считаю, что я придумал новую религию. То, что я излагаю в будущем альбоме, не требует поклонения, обрядов, последователей. Эта вещь вообще ничего не требует, она только дает. Человек не должен делать ничего специального, чтобы ей следовать. Наоборот, я стараюсь освободить человека от многого. От того, что ему не надо ходить куда-то и нести туда деньги, или молиться указанным кем-то текстом на коленях, повторять заученную с книжки молитву, или повторять 109 раз "Харе Кришна". Одна пилотовская поклонница написала мне недавно письмо со словами: "Мы верим, что ты, Илья, приведешь нас в такое место, где нам не нужно будет больше верить". Хорошие слова. Именно этого я бы хотел. Им не нужно будет верить, потому что они будут знать".
(ЗАЧЕМ ЕМУ СВОЯ РЕЛИГИЯ)
"Нет, я не пытаюсь доказать, что Бог есть. Потому что об этом и так знает каждый. Даже атеисты, они тоже чувствуют это, просто называют другими словами. Нет людей, которые бы не знали, что Бог есть. Другой вопрос — объяснить, кто есть люди, почему они так живут и зачем все так происходит, что с этим делать? У людей есть ружье, но они не умеют им пользоваться. Я хочу рассказать им, что это за ружье и как нужно целиться, чтобы попасть в цель. А не тупо палить вокруг, надеясь, что какой-то из выстрелов окажется точным".
(О СЕКТАХ)
"Я считаю, что любая религия — это секта. Чем отличается секта от ортодоксальной религии? Количеством людей, которые ей поклоняются. В России ведическая культура считается сектой, а православие — религией. А в Индии — наоборот. А возьмем Тибет, а возьмем Мексику… Это то же самое, что мода. Красное пальто — это самое правильное, если его носят десятки тысяч людей. А если они неправы, то что? Человек в зеленом пальто будет в любом случае у них считаться сектантом. По-моему, сие и есть отсутствие разума и навязанное ограничение свободы мышления других. Эти понятия изначально ограничивают право человека на выбор. А навязывание какой-либо идеологии — это уже фашизм. Так кто возьмет на себя право отделять религию от сектантства? Кем же надо быть, каким "персонажем в красном пальто", чтобы открыто заявлять всем, что зеленые пальто сегодня не только не в моде, но и просто вероотступничество?! Просто какой-то "1984" Оруэлла…"
(В ЧЕМ ЕГО ОТЛИЧИЕ ОТ СЕКТАНТСКИХ ПРОПОВЕДНИКОВ)
"Я даю человеку возможность выбирать. Первой строчкой в альбоме будет написано: "Я не претендую на то, что сказанное мной является абсолютной истиной. Это мои личные выводы, которые я сделал исходя из личного опыта и путем изучения религии и философии. Меня не интересуют мнения по этому поводу. Вы можете принимать или не принимать то, что я здесь написал. Вы можете послушать альбом, изучить доводы — и не согласиться. И тогда просто выберете свой путь, другой путь. Но если, прочитав это, вы поняли, что все это разумно и логично, вам все стало ясно и понятно — попробуйте это использовать! Это изменило мою жизнь, попробуйте, и это может помочь изменить вам вашу".
(О МУЗЫКЕ "ПИЛОТА")
"Наверное, я тоже поставлен в рамки собственного музыкального воспитания. Я не могу искусственно придумывать музыку. Я играю то, что играю, потому что я воспитывался на такой "тяжелой" музыке. Если бы слушал классическую музыку — играл бы ее. Не вижу себя в музыке регги — она хорошая и позитивная, но мне не нравится. Могу послушать ска, но не представляю, как можно нести подобные мысли посредством музыки ска. Я понимаю, что Боря Гребенщиков делает то же самое, даже более мастерски и точнее, чем я. Потому что у него более спокойная музыка, которую воспринимает более широкая масса людей. И те же вещи он говорит более метафорично, и так даже лучше доходит до людей. Но я — не он. Я продолжаю оставаться собой и делать то, что я могу. Я ограничен собой. Я понимаю, что можно играть более мягкую музыку и иметь большую аудиторию. Но увы! Хочется играть тяжеляк! Я есть я".
("Взгляд", 23.03.07)