(ОБ ИМЕНИ)
"Почему я стал Димой? Переехал в новый город, начал новую жизнь и решил сделать это с новым именем. Дмитрием звали моего дедушку, которого я безумно любил. И родители хотели назвать меня Димой, но передумали. О дедушке у меня здоровские воспоминания, он был добрый, светлый человек. Вот я и решил, что, если буду сопрягать себя с этим человеком, у меня тоже все будет здорово. Кстати, в сложных ситуациях я вспоминаю, что мое настоящее имя Виктор, то есть "победитель". Это помогает".
(ПРИДУМАЛ ЛИ АЙЗЕНШПИС ЕГО ПСЕВДОНИМ)
"У меня сейчас такой момент, когда я могу в адрес Юрия Шмильевича говорить только слова благодарности. Даже могу сказать, что это он придумал мое имя. Хотя до встречи с ним я уже пел, и клип у меня был, и имя "Дима Билан" тоже уже было. Но сейчас это уже не имеет значения".
(О СКАНДАЛЕ СО STAR PRO)
"Скандала не существует. Есть люди, которые пишут ерунду и не понимают, как и почему все случилось. Не понимают, в каком я был состоянии, когда это произошло. Не знают, что я работал только с Ю.Ш. и больше ни с кем в компании Star Pro не имел рабочих отношений. Да, я общался с его сыном, просто по-дружески. Но, например, с женой Айзеншписа Еленой у меня вообще не было пересечений. И, когда все случилось, мне сердце подсказало, что я там больше находиться не должен".
(ПОЧЕМУ ДОСРОЧНО РАЗОРВАЛ КОНТРАКТ)
"Контракт был. Но, как известно, крепостное право отменили в 1861 году. А человеческие отношения должны оставаться человеческими. <…> Для меня было большим открытием, что, кроме дружбы, еще существуют какие-то бумаги, где все четко записано. Я думал не об этом, а о том, почему вообще после похорон кто-то продолжает работать, почему открыт кабинет Ю.Ш. Это, конечно, такой юношеский максимализм, но я это так пережил. Поэтому, извините, я человек, который пришел к Юрию Шмильевичу. Если его нет, я здесь оставаться не могу".
(ПОЧЕМУ СМЕНИЛ НОМЕР ТЕЛЕФОНА
И НЕ ПРИШЕЛ НА ПОМИНКИ)
"Я изменил номер, потому что мне было тяжело каждые пять минут выслушивать соболезнования. А на поминки не пришел... Честно сказать? Меня не позвали. Вот так. Поэтому мы устроили свои поминки. В тот же день, но в другом месте собрали людей, которые хорошо знали Ю.Ш. Вот Анита Цой меня очень поддержала в этот момент, спасибо ей большое".
(ОБ ИГРЕ В ПРЯТКИ С НАСЛЕДНИКАМИ АЙЗЕНШПИСА)
"Какие прятки? У меня машина каждый день стоит под окнами офиса, где я работал с Айзеншписом. Я приезжал, уезжал, чего меня искать-то? С тем же успехом я могу подумать, что кто-то от меня прятался, потому что я никого не видел".
(О ДЕНЬГАХ)
"Я так не люблю разговоры про деньги! Я привык на честном слове все делать. Но сейчас, конечно, приходится включаться, подписывать какие-то бумаги. Мне это неприятно".
(О ПРОДЮСИРОВАНИИ АЙЗЕНШПИСА)
"Начнем с того, что это касалось не только денег. Ни один артист, наверное, не испытывал такой опеки с его стороны, как я. Ю.Ш. мне советовал, подсказывал, поучал - как надо сделать, как не надо. Он все помнил, каждую мелочь, и мне не нужно было о чем-то заботиться и что-то покупать - все это действительно для меня делалось. Если я ездил куда-то - в Швейцарию на лечение, в Лондон за какими-то интересностями, - все это нормально вычиталось из моей зарплаты. По-моему, о таком можно только мечтать. Кто еще будет за другого человека заказывать мебель, беспокоиться, организовывать встречи? Да фиг с ними, с деньгами. Просто забеспокойтесь так о ком-нибудь: а как здоровье, а как ты питаешься? А Юрий Шмильевич звонил мне, спрашивал, что я ем, говорил: "Приди ко мне сегодня покушать супчика". Я приходил, мы ели суп, смотрели телевизор, он говорил: "Давай мы тебя довезем. Тебе не надо быть за рулем, ты должен сосредоточиться". У кого еще такое есть? Я просто в восторге, что я знал этого человека. Это счастье, что он был в моей жизни".
("Комсомольская правда", 01.12.05)