РАЗГОВОР ФИЛИППА КИРКОРОВА И ИЛЬИ РЕЗНИКА В ПРЯМОМ ЭФИРЕ РАДИО 'ЕВРОПА FM'
Киркоров: Здрасьте, Илья Рахмиэльевич, здрасьте! Как приятно узнать в этой студии, как вы откомментировали мою выходку. Ну что ж, мне, наверное, действительно не хватало воспитания в детстве, у меня были родители, не имеющие никакого отношения к культуре, я опозорил вас, мне очень стыдно, я прошу у вас прощения. И, конечно, так нелепо выглядит то, что именно вас я попросил написать текст песни, точнее римейк на шлягер Аллы Пугачевой, написанный вами же когда-то на знаменитую "Прибалтийскую историю" в Санкт-Петербурге, я очень неловко себя чувствую.
С одной стороны, читать больно, а с другой, наверное, я этого заслужил, да, я подставился, но на протяжении последних 10 лет вычитывать про себя и про мою семью, к которой вы тоже имеете какое-то отношение, зная мою супругу столько лет, что столько, как говорится, не живут, меня вот так пригвоздить подобным приговором. Мне очень стыдно и неприятно. Но вы имеете полное право на это, и я на этом эфире забираю свои слова по поводу той истории, которую я попросил вас сделать. Извините за потраченное вами время, что вы переделывали эти стихи. Не надо это делать, я попрошу другого автора. Спасибо большое, до свидания.
Резник: Ты зря мне не дал слова сказать, потому что...
Киркоров: Почему?
Резник: Получился такой вот монолог: Понимаете, я Филю люблю и не говорю о нем гадостей никаких, но этот случай меня шокировал так же, как и других его друзей, и было очень обидно, что показали кусочек - я понимаю, что он был вырван из контекста, - но этот кусок шокировал. Филя не имел права этого делать. Не имел права подставляться.
Киркоров: Илья Рахмиэльевич, я никого не оскорблял и не подставлялся. Госпожа журналистка - господи, как ее фамилия, Ароян, - если вы на сайте внимательно просмотрите пресс-конференцию от и до, то ни одного слова матерщины, которую мне присудили в адрес госпожи, не было.
Резник: Если бы не было телевидения, все было бы проще. А телевидение - увеличительное стекло. И ты, кумир миллионов, не имел права на такой комментарий.
Киркоров: Какой комментарий?
Резник: Не надо ерничать, я тебя люблю и ничего не зачеркиваю. Я сорвался, так как мне позвонили сразу же после передачи.
Киркоров: Вашу любовь я прочитал в одной фразе: "Это просто от недостатка воспитания".
Резник: Я, может, погорячился. Ты меня извини за какие-то слова, но этот случай меня шокировал. Мне неприятно было, что ты, которого я люблю, так взвел себя... Ты видел себя со стороны? Ты там как после банкета, глаза какие-то мутные...
Киркоров: Вы думаете, глаза мутные могут быть только после банкета, а не могут быть от усталости после бессонной ночи и переезда?
Резник: Может, в таком виде не надо было идти на пресс-конференцию.
Киркоров: Вы в шоке от меня? А вы не в шоке от дерьма, которое вылилось на меня и мою семью за последние годы?
Резник: Я эту песню в твою защиту написал, несмотря ни на что, потому что я тебя люблю.
Киркоров: Не надо, спасибо большое.
Резник: Я сейчас занимаюсь тем, что пишу песню. Не хочешь песню - не надо.
Киркоров: Не надо, Илья Рахмиэльевич, спасибо.
Резник: Вышло так, что я негодяй.
Киркоров: Я никогда не посмею вас назвать негодяем, потому что вы старше меня и вы легенда. Практически единственный оставшийся нормальный автор песен и стихов, за плечами которого миллионы произведений, чьи песни пела и сейчас поет великая Пугачева.
Резник: Ты тоже замечательный певец.
Киркоров: Но я оказался редким негодяем. Я, к сожалению, не отличился, отличились те, кто хотел это сделать. Никто не отрицает, что я не сдержался.
Резник: Я тоже не сдержался.
Киркоров: Просто друзья так не поступают. Ладно, живем дальше, как говорила великая Алла Борисовна.
(интервью Филиппа Киркорова на винницкой радиостанции 'Европа FM', Илья Резник - по телефону).