(ПОЧЕМУ ВЗЯЛ В РУКИ ГИТАРУ)
«Восемь лет я сидел в "Антропологии", слушая различных музыкантов, а у самого руки чесались. А началось все с того, что, будучи студентом, в 78-м году я познакомился с Андреем Шепелевым, который играл на банджо песни североамериканских варваров. Я всегда любил кантри, а когда увидел рядом с собой человека, играющего эту музыку лучше, чем американцы, у меня крыша поехала окончательно. Андрюшка написал мне на листочке три упражнения и сказал: "Если осилишь, то научишься играть на банджо". Дома я вырезал из банки растворимого кофе специальные "когти", воткнул посередине грифа гитары гвоздь, подложил спичечный коробок под струны, соорудив себе некое подобие банджо. И бренчал по 12 часов каждый день! Мама была рада уже тому, что я не хожу по улицам и девкам юбки не задираю, - занялся делом человек. Хотя, конечно, это была форма шизофрении. Мальчишеское братство неразменно на тысячу житейских мелочей, поэтому мы с Андрюхой дружбу поддерживали все эти годы. И однажды стали вместе играть в бит-группе. У меня даже появилось несколько весьма приличных песенок. Борька Гребенщиков послушал, поморщился и сказал: "Ну, ничего, ничего". А Чиж стал представлять меня девчонкам: "Вот мой брат Дима, который пишет клевые телеги". Но поскольку Майк Науменко - мой любимый русский блюзмен, я его как-то напел ребятам, и они мне говорят: «Немедленно в студию». Мне бы хотелось наградить студенческие общежития нашей страны репертуаром для совместного распивания. Майк для этого идеален. Вообще хорошая музыка та, под которую можно трахаться. Под наше музицирование особенно сексом не займешься - от смеха разопрет. Но для дружеской вечеринки сойдет. Тут тебе и задор, и грусть».
(ПРЕВРАТИТСЯ ЛИ МУЗЫКА В ПРОФЕССИЮ)
«Вряд ли я брошу телевидение и кинусь с головой в музыку. А почему это следует разделять, разве одно с другим не сочетается? Разве ж я не служил блюзу, кантри, джазу все десять лет, что торчал в эфире? Ну-ка, найдите другого такого, кто бы с таким остервенением в ущерб себе занимался музыкой, которая не приносит ни денег, ни славы».
(КОГДА ВСЕ-ТАКИ ПОЯВИТСЯ В ЭФИРЕ ОРТ)
«Две недели назад была образована дирекция ночного вещания ОРТ, которую я возглавил. Мы с Эрнстом каждый божий день совещаемся, проводится колоссальная организационная работа, чтобы выйти в ночной эфир с невиданным доселе телевизионным лакомством. Это будет канал, где люди увидят, например, интервью Борхеса и Маркеса. Представьте, если бы поженились программы Радзинского, "Антропология", "Серебряный шар", "Тихий дом", "Киносерпантин", "Доброе утро" с "Добрым днем" - вот и получится этот самый ночной канал. Это будет очень интересное, многостраничное, но невероятно трудоемкое повествование. Конечно, готовится еще одна игра, которая, как мне кажется, будет популярнее "Счастливчика". По крайней мере я постараюсь так сделать».
(«Аргументы и факты», №36, 2001).