О театре

Виктор КАЛИТВЯНСКИЙ
"ИНСПЕКЦИЯ, или ИНСПЕКТОР"
Я закончил пьесу «Инспекция» в начале 2013 года и отправил на конкурс «Действующие лица» (Школа современной пьесы) под названием «Инспектор».


Анатолий КРЫМ
"ТЕАТРАЛЬНЫЙ КАЗУС"
В начале 80-х годов прошлого столетия я написал удачную комедию «Фиктивный брак», которую поставили десятки театров, что позволило мне навсегда уйти на «творческие хлеба».


Алёна САМСОНОВА
"КОГДА Б ВЫ ЗНАЛИ, ИЗ КАКОЙ КОШАРЫ…"
...вдохновенье приходит во время беды... Иногда - при отсутствии света, воды, При работе плохой унитаза, При повышенном запахе газа, При погроме, при землетрясеньи, И почти никогда - в воскресенье. Роман Самсонов


Виктор ОЛЬШАНСКИЙ
"В ПАМЯТЬ О НИКИТЕ ВОРОНОВЕ"
Кажется – да, встречаемся редко, с большими перерывами, но ведь в любой момент можно взять и приехать в старый дом на Новом Арбате или хотя бы снять трубку, набрать номер и услышать голос. Только звонить надо не рано


Юрий ВЕКСЛЕР
"МОЛИЛИСЬ И ЧЕРТУ ТОЖЕ"
О библейском реализме и театральных мирах писателя Фридриха Горенштейна


Надежда ПТУШКИНА
"ВЕЛИКИЙ ДРАМАТУРГ"
Леонид Генрихович Зорин – великий драматург. Думаю, это не нуждается в доказательствах...


Евгения РЕМИЗОВА
"ЛЮБОПЫТНЫЕ ЗИГЗАГИ ЛЕОНИДА ЗОРИНА"
«Я считаю себя прозаиком. В театре давно уже активно не работаю. Появление «Адвоката» для меня самого неожиданность.



Надежда ПТУШКИНА

ПЬЕСА АНОНСИРУЕТСЯ ВПЕРВЫЕ

БЕЗНРАВСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ

Многонаселенная комедия


«...Это не только удивительная, но и неправдоподобная история. Ничего такого никогда не могло бы произойти на моей родине - и не произойдёт никогда... к сожалению!... Вот почему история эта вдобавок и безнравственная; осмеливаюсь же я рассказать её только по твёрдому убеждению, что даже в самой безнравственной истории есть зерно высокой нравственности». Отто Штейгер


Именно ради зерна этой высокой нравственности я написала инсценировку романа Отто Штейгера «Год в одиннадцать месяцев». Нобелевскую премию автор получил именно за этот роман.


Сюжет романа очень прост. Жители двух соседних государств сговорились и запретили своим правительствам начинать междоусобную братскую войну. Не буду спорить с Отто Штейгером. Наверное, такое действительно невозможно. Но как хочется, чтобы соседние народы проявляли взаимную солидарность, храбрость, здравый смысл и благородство. Пьеса получилась легкая, веселая, не пафосная и не назидательная. В ней пять ярких комедийных ролей. Эпизодические роли тоже привлекательны. Пьесу легко превратить в мюзикл. Пьеса уже полгода выставлена на моем сайте (http://ptushkina.com ), и мне странно, что никто до сих пор ею не заинтересовался.


***


Больничная палата. Пять кроватей, пять тумбочек. Пять больных лежат, укрывшись одеялами с головой.


Ночь. За стенами больницы завывает февральская вьюга. Уличный фонарь раскачивается на ветру, и блики скачут по койкам и полу.


Люди под одеялами храпят, сопят, вскрикивают - кто во что горазд.


И вдруг из пересекающихся лучей света словно бы вырисовывается клетка, в ней «материализуется» из тьмы круглый картонный футляр. Футляр раскрывается, и в нём оказывается Моряк.


ВИКТОР. (Откидывает одеяло и резко садится в постели). Эй, Моряк!


В ответ Моряк выбивает коленце.


ВИКТОР. (Таким тоном, словно это нормальная ситуация и нормальный разговор). Мне никак не удаётся составить изящную фразу... И подобрать соответствующие жесты. Мне предстоит разговор с моим хозяином, я намерен почтительно, но настойчиво... Почтительно, но настойчиво... Почтительно, но настойчиво... Вот именно! Хорошо сказано!


В ответ Моряк снова выбивает коленце.


ВИКТОР. (Невозмутимо продолжает). Почтительно и настойчиво просить, чтобы он расширил зону моей деятельности. Отлично сказано! И сопровожу эту изящную фразу соответствующим жестом... (Демонстрирует несуразный, совершенно неадекватный жест).


Моряк выбивает коленце.


ВИКТОР. (Недовольно). Ты меня сбиваешь. Неужели ты можешь общаться только посредством ног? Так... (Встаёт в постели во весь рост, в одних трусах, поправляет трусы таким жестом, словно одергивает смокинг, замечает на трусах слишком яркую заплату на очень видном месте, прикрывает заплату рукой и с огромным чувством собственного достоинства обращается к воображаемому собеседнику). Господин Липпенбейс, прошу вас расширить зону моей деятельности... Вот так я скажу хозяину...


МОРЯК. Но твою просьбу могут удовлетворить только за счёт менее удачливого коллеги!


ВИКТОР. (Показывает ему розетку). Ты видишь э т о?


МОРЯК. (Небрежно). Розетка!


ВИКТОР. (Размышляет, куда приколоть и прикалывает к трусам). Ежегодная награда лучшему продавцу! И именно мне... господин Липпенбейс... на общем собрании... при общем одобрении. И ещё вручил... тебя!


Моряк выбивает коленце.


ВИКТОР. Что ты себе позволяешь? Ты же просто репродукция с картины Ван Гога! Тебя мне подарили! Какая тяжёлая у меня голова! Она слишком, слишком набита идеями!


Моряк смеётся.


ВИКТОР. Перестань смеяться! Какая горячая голова!


Моряк смеётся.


ВИКТОР. Прекрати! Ты даже не подлинник, а только репродукция!


Моряк хохочет.


ВИКТОР. Смейся, смейся, дешёвая репродукция Ван Гога! Ты меня из себя не выведешь! Именно благодаря терпению, я достиг успехов...успехов...


Моряк продолжает смеяться.


ВИКТОР. Да заткнись ты! Идеи допекают мою голову!


МОРЯК. Идея у тебя всего одна-единственная. Удвоить собственный счёт в банке!


ВИКТОР. Это самая благородная идея из всех идей человечества! (Ослабев, откидывается на подушку) Ноги... ноги... ноги? Да-а!!! У неё, действительно, были ноги! Красивые ноги!! Особенно та часть... выше колен, что была залеплена мокрой юбкой...


МОРЯК. (Подходит к Виктору, кладёт ему руку на лоб и почему-то женским голосом отчетливо произносит). Температура упала!


И тут вспыхивает свет. Возле Виктора стоит Медсестра. Моряк же исчез, как исчез и футляр.


МЕДСЕСТРА. (Трогает лоб Виктору). Температура упала! (Берёт с тумбочки Виктора книгу и рассматривает) «Залог успеха» (Листает, читает). «Как вести деловые разговоры. Юмор обеспечивает превосходство. Ошеломляй и побеждай». (Качает головой, кладёт книгу на место и суёт Виктору градусник).


Из-под остальных четырёх одеял немедленно высовываются головы, и все глядят на Виктора. Здесь, кроме Виктора, Старик с бородой (в дальнейшем мы будем называть его Ратник), Здоровяк, Паренёк, Интеллигент в очках (В дальнейшем, будем называть просто Очки).


МЕДСЕСТРА. (Всем). Доброе утро!


ВСЕ. (Вразнобой). Доброе утро!


Медсестра быстро выходит и возвращается с тележкой с едой, расставляет по тумбочкам завтраки, распихивает всем градусники.


Все принимаются за свои завтраки.


Виктор садится в постели и смотрит на всех.


РАТНИК. (Виктору). Храни тебя, Господь, брат мой!


ПАРЕНЁК. Выдай ему хорошенько, а то не отцепится!


Все смеются. Виктор с удивлением рассматривает Ратника.


РАТНИК. (Виктору). Храни тебя, Господь, брат мой! Я тебе говорю!


ПАРЕНЁК. (Виктору). Ответь, ответь ему, ты же образованный!


Виктор берёт с тумбочки книгу и листает.


РАТНИК. (Тем же ровным тоном). Храни тебя Господь, брат мой!


ВИКТОР. (С намерением сострить). И вас так же!


РАТНИК. (Невозмутимо). Что ты читаешь, брат мой?


ВИКТОР. «Залог успеха». Только что закончил главу «Юмор обеспечивает превосходство». И начал изучать главу «Время-деньги». Вот никак не могу взять в толк. Я ведь всегда до последней минуты распределял свой день! Как я соблазнился на столь неуместный поступок? Драгоценные дни, которые я теряю попусту в этой больнице, я мог бы использовать для роста своего благополучия! Именно этих дней мне теперь не хватит до седых волос!


РАТНИК. А ты почему сюда попал, брат мой? О каком неуместном поступке сокрушаешься? Не стыдись, откройся товарищам по несчастью! И самому станет легче. Так что же за неуместный поступок?


ВИКТОР. (Расстроено). Я спас жизнь женщине.


ПАРЕНЁК. А какая она из себя?


ВИКТОР. Всё время думаю об этой женщине... Зачем я это сделал?


РАТНИК. Если ты о ней всё время думаешь, значит, она красивая. Красивые женщины - дар Божий.


ВИКТОР. Правда? Я не знал.


РАТНИК. Это записано в Библии. Уродины конечно тоже, но предпочесть следует красивых.


ПАРЕНЁК. И как же ты её спас?


ВИКТОР. Я шёл по набережной и вдруг увидел: прохожие, свесившись через парапет, глазеют на воду. Я протиснулся к парапету и увидел в воде человека. Обеими руками он цеплялся за бакен. Я сразу установил, что это была женщина. Молодая женщина. Красива ли она, не разглядел. Она вместе с бакеном то и дело ныряла. Все вокруг обсуждали, что несчастной следует помочь. И вдруг молодая дама в реке выпустила бакен и с ушла с головой. А над водой мелькнули ноги... Красивые ноги. И тут я вспомнил, что в школе я был лучшим пловцом. Я стянул ботинки, сбросил пальто, снял пиджак и брюки, всё аккуратно сложил на снег... Взобрался на парапет и сделал изящный прыжок вниз. Быстро настиг девушку, схватил её за волосы... как меня учили на занятиях по спасению утопающих... и напрягая все силы...


РАТНИК. (Перебивает). А теперь ты солгал, брат мой!


ОЧКИ. Опять свою шарманку завёл!


ЗДОРОВЯК. (Мрачно). Заткнись, Архангел!


РАТНИК. У меня тонкий слух. Как только кто-то говорит «напрягая все силы», значит, лжёт.


ОЧКИ. Хватит тебе обращать всех!


ПАРЕНЁК. (Виктору). А ты женись на этой девушке!


ВИКТОР. Так далеко я даже в мыслях не заходил!


РАТНИК. Солгал, солгал, брат мой!


ЗДОРОВЯК. Заткнулся бы ты, Архангел!


ВИКТОР. (Пытается парировать). Ратник Божий? Разве это профессия?


ЗДОРОВЯК. А ну выдай этому ратнику! Он уж всех нас по очереди пытался обратить!


Все засмеялись.


РАТНИК. (Не дал себя сбить). Я строительный рабочий. Я свалился с крыши. Чуешь, с самого верха.


ВИКТОР. И поэтому вы считаете себя ратником божьим?


РАТНИК. Ратником может стать всякий. Но у меня было по-особенному. Я, понимаешь, пролетел несколько метров, и тут мой ремень зацепился за крюк крана. Если это не удивительное предопределение, то что это? Представь! Ты падаешь! И вдруг - стоп! Зацепился ремнем за кран! Повис. И крутишься на ветру, на высоте пятнадцать метров. Правда, страху натерпелся. Это тебе не девушек из воды вытаскивать! Но всё время твердил, Бог хочет испытать меня - твердил я себе, это мне испытание и больше ничего!


ВИКТОР. И долго вы провисели?


РАТНИК. А дело было как раз в обед. Все пошли поесть. Я видел их, но не решался крикнуть. Боялся, как бы ремень не лопнул. Я размышлял, почему Бог подвесил меня, и понял, что должен стать ратником божьим.


ВИКТОР. Сколько же вы висели?


РАТНИК. Пока наши не вернулись с обеда... Часа полтора... А вернулись с обеда, ещё не сразу увидели, но как увидели - тут уж сразу сняли. Только крюком мне всю спину изувечило, теперь двинуться не могу. Теперь мы с тобой братья. Ты тоже ратник божий.


ЗДОРОВЯК. Во, Архангел, подмётки рвёт!


ВИКТОР. Видите ли, мне почему-то кажется, я почти уверен, что Господу лучше завербовать на эту должность кого-нибудь другого... Я категорически не гожусь... Я не подхожу... Я, знаете ли, мечтаю добиться в жизни многого.


РАТНИК. Чтоб стать ратником, надо всего-навсего исполнять три заповеди.


ЗДОРОВЯК. Во даёт Архангел! (Виктору). Что ты мямлишь? Отшей его, пока не поздно!


ОЧКИ. Он ослабел от высокой температуры...


РАТНИК. Всего-навсего, три заповеди! Это может каждый. Тем более, такой образованный человек, как ты!


ВИКТОР. (Из вежливости). Какие же?


РАТНИК. Первая. Люби ближнего своего, как самого себя. И всё!


ВИКТОР. (После паузы). Но это очень трудно!


РАТНИК. Почему? Ты ведь почти полюбил ту девушку, которую спас... Иначе, зачем бы тебе было нырять за ней в ледяную воду и получать воспаление лёгких...


ВИКТОР. Я... я... не думаю, что полюбил... Вообще я думаю о ней много, но не в целом о ней, а... я думаю о ней по частям... Я думаю о её ногах... Я ведь только и успел рассмотреть её ноги...


РАТНИК. Начни с ног, а потом постепенно мысленно перейди на другие её части, те, что выше... Если потренируешься, со временем дело пойдёт! Я, к примеру, уже всех люблю наравне... и даже получается, будто я их всех вовсе не люблю... Вторая: всегда и везде говори правду!


ВИКТОР. Не-ет, быть ратником божьим - не моё призвание.


РАТНИК. Почему?


ВИКТОР. На правде в моём деле далеко не уедешь.


РАТНИК. Ты по профессии лжец?


ВИКТОР. Часто приходится расхваливать товар и умалчивать о его недостатках. Это не ложь, это торговля. Если бы я стал говорить только правду, и ничего, кроме правды, то ноги протянул бы с голоду.


ЗДОРОВЯК. Так что, лети мимо нас, Архангел! Маши крыльями мимо!


РАТНИК. Нет! Сколь жалкой была бы правда, если бы её всегда побеждала ложь! Не забывай, брат мой! Даже, когда ты продаёшь женские прокладки, Господь рядом с тобой!


ВИКТОР. (Испуганно). Когда я продаю... Господь рядом? Но... а... но...


РАТНИК. Правда ошеломляет и побеждает!


ВИКТОР. Ошеломляет и побеждает?


РАТНИК. Возможно, успех не будет столь быстрым... Но Господь испытывает своих ратников. Вспомни, как я болтался на крюке!


ВИКТОР. (Потрясённо рассматривает свою книгу). Вы тоже читаете «Залог успеха»?


РАТНИК. Я никогда ничего не читал, кроме Библии. И никогда ничего не собираюсь читать, кроме Библии. В Библии есть всё!


ВИКТОР. Вот уж никогда не думал, что в Библии тоже есть такая глава «Ошеломляй и побеждай». Это в части «Как вести деловые разговоры». Впрочем, я ещё не дошёл до неё. Говорить всегда правду? Это очень... оригинально... Но не слишком ли экстравагантно? Хотя... может быть, это и неплохой метод. Я испробую его.


РАТНИК. И речи нет о том, чтобы испробовать. Кто обращается к Богу, тот обращается окончательно.


ВИКТОР. Но я же должен сперва убедиться, что это выгодно?


РАТНИК. По-твоему, любить Бога невыгодно? Вообще, есть у тебя идеалы или нет?


ВИКТОР. Да! У меня много идеалов!


РАТНИК. Хорошие?


ВИКТОР. Самые лучшие! Первый. Я собираюсь в ближайшем будущем удвоить свой счёт в банке. Второй...


РАТНИК. (Перебивает). Ерунда! Можно ли хоть один, хоть самый малюсенький помысел устремлять на такие пустяки, как деньги? Сосредоточь все мысли на Боге, и без труда получишь что желаешь!


ВИКТОР. Буду думать о Боге и без труда удвою свой счёт в банке?


РАТНИК. Записано в Библии!


ЗДОРОВЯК. Слушай, Архангел, перестань морочить ему голову!


ОЧКИ. Он ослабел от температуры и до сих пор озадачен своим прыжком в воду!


ПАРЕНЁК. Отцепись от него! Всем известно - на Бога надейся, но и сам не плошай!


РАТНИК. Может, Библия, по-вашему, врёт? Ну, кто из вас скажет мне прямо в глаза, громко - Библия врёт!?


ВИКТОР. Да! Кто скажет, что Библия врёт?


Все промолчали.


ВИКТОР. Значит, Библия не врёт. И в книге «Залог успеха» точно такая же глава «Ошеломляй и побеждай», как и в Библии. В части «Как вести деловые разговоры». Раньше я думал про Библию совсем иначе.


РАТНИК. (Протягивает руку, забирает у Виктора его книгу и взамен вкладывает ему Библию). Вот, возьми Библию и читай!


ВИКТОР. Спасибо. Я почитаю. Позже. Но сначала я должен проработать «Залог успеха». Я готовлюсь к разговору с моим хозяином, господином Липпенбейсом. Я хочу просить его расширить зону моей деятельности.


РАТНИК. (Неожиданно вспылил). Чего я не переношу, так это упрямства! Оно меня до бешенства доводит! Читай Библию, говорят тебе! Не зли меня - читай Библию!


ВИКТОР. Хорошо. В сущности, Библия и «Залог успеха» это совершенно одинаковые книги. Какая разница - какую читать? Никакой разницы, я понимаю.


РАТНИК. (Так же внезапно успокаивается). И наконец, третья заповедь - будь миротворцем!


ВИКТОР. Да я вообще никогда ни с кем не ссорюсь, я лучше промолчу...


РАТНИК. Не только ты сам лично должен быть миролюбивым, но и всюду, где ссорятся, должен вмешиваться и восстанавливать мир!


ВИКТОР. Эта заповедь самая лёгкая из трёх.


РАТНИК. Вот и начинай тренировать себя с этой заповеди. А для меня она самая тяжёлая. Я - человек задиристый. Мне ничего не стоит завести ссору, но я этого не делаю. Почему бы?


ВИКТОР. Потому что вы - ратник божий.


РАТНИК. А ты вовсе не так глуп!


ВИКТОР. Но до выписки из больницы не предвидится никакой тренировки! А, может быть, это и хорошо... вот так вот, с миром в сердце и с правдой на устах добиться от господина Липпенбейса, чтобы он расширил зону моих действий. Как обидно терять время, когда мне надо, как можно скорее встретиться с господином Липпенбейсом!


МЕДСЕСТРА. (Входит). Больной Дефонта!


ВИКТОР. Здесь!


МЕДСЕСТРА. К вам господин Липпенбейс.


ВИКТОР. (Потрясённо). Я только одну минуту как стал ратником божьим, а провидение уже взяло меня под своё крылышко? (Быстро шарит руками под одеялом, извлекает розетку и, немного посомневавшись, прикрепляет на одеяло).


МЕДСЕСТРА. (В сторону двери). Прошу вас!


Входит господин Липпенбейс, представительный и важный. Оглядывает всех больных, ищет глазами Виктора. Виктор машет ему рукой.


ЛИППЕНБЕЙС. Вот, стало быть, вы где, милейший! (Направляется к Виктору, размышляет, куда бы ему присесть).


Медсестра приносит стул и ловко подставляет ему.


Остальные больные дружно уставились на господина Липпенбейса. Здоровяк взял со своей тумбочки огромное яблоко и начал грызть. Вся последующая сцена с Липпенбейсом проходит под его ужасающее чавканье.


ЛИППЕНБЕЙС. (Величественно кивает всем и присаживается). Вот вы, стало быть, где! Вот вы где!


ВИКТОР. Да, вот... здесь!


ЛИППЕНБЕЙС. Здесь вы, стало быть, милейший?


ВИКТОР. Здесь я, стало быть, миле... (Умолкает).


ЛИПЕНБЕЙС. В хорошенькую историю вы попали!


ВИКТОР. Да, в хорошенькую историю...


РАТНИК. (Перебивает Виктора, тянется и касается руки Липпенбейса). Храни вас, Господь!


ЛИППЕНБЕЙС. Что вы сказали? (Отодвигается вместе со стулом от Ратника подальше).


РАТНИК. (Ещё больше тянется к нему и снова дотрагивается). Храни вас, Господь, брат мой!


ЛИППЕНБЕЙС. Что? А-а... Да... Разумеется... (Переносит стул по другую сторону кровати Виктора, подальше от Ратника и снова усаживается, Виктору)/ Кто это?


ВИКТОР. Это... это - ратник божий.


ЛИППЕНБЕЙС. (Видит на тумбочке Виктора Библию, берёт её в руки и изумлённо рассматривает). А это что у вас?


ВИКТОР. Это... видите ли, господин Липпенбейс...


РАТНИК. (Перебивает). Это у него Библия. Вы что впервые взяли в руки Библию?


ЛИППЕНБЕЙС. Э-э... нет, разумеется, не впервые, но... (Виктору). Вы что, Библию читаете?


ВИКТОР. Да. Сейчас я намерен как раз приступить к части «Как вести деловые разговоры», к главе «Ошеломляй и побеждай».


ЛИППЕНБЕЙС. Ах, вот что... (Кладёт Библию на место, брезгливо, словно дохлую крысу). Надеюсь, вы выздоровеете и снова займёте место в нашем трудовом сообществе. Мы встретим вас, как э-э-э...


ВИКТОР. Вот именно об этом я готовился поговорить с вами!


ЛИППЕНБЕЙС. Выздоравливаете, и поговорим.


ВИКТОР. Мне очень приятно, что вы, при вашей занятости, сочли возможным навестить меня... Это такая честь для меня, такая честь...


ЛИППЕНБЕЙС. (Доволен). Вы - наш лучший, самый перспективный сотрудник... Я с интересом готов выслушать вас хоть сейчас...


ВИКТОР. Я хотел просить вас...


ЛИППЕНБЕЙС. С готовностью, с готовностью пойду вам навстречу...


РАТНИК. Да врёт он всё! Не верь ты ему, Виктор!


ЛИППЕНБЕЙС. (Не сразу). К сожалению, я тороплюсь (Встаёт). Желаю вам скорее выздороветь, ибо общество, в которое вы попали, влияет на вас дурно.


ВИКТОР. Видите ли, господин Липпенбейс, вы напрасно рассердились, он всего лишь ратник божий...


ЛИППЕНБЕЙС. (Раздражён заступничеством Виктора за Ратника). И вообще я не понял, почему в разгар зимы, вместо того, чтобы выполнять свои обязанности, вы увлеклись прыжками в воду?


ВИКТОР. Я прыгнул в воду не из удовольствия. Может быть, господину Липпенбейсу неизвестно, но я прыгнул в воду ради спасения девушки.


ЛИППЕНБЕЙС. Мне это известно. Стоила ли, по крайней мере, игра свеч?


ВИКТОР. Не понимаю.


ЛИПЕНБЕЙС. Вы стали туговато соображать после своего прыжка в воду! Хорошенькая ли девушка, хотел бы я знать?


ВИКТОР. Не знаю. Я видел только её ноги. Но, мне кажется, она очень хорошенькая.


ЛИППЕНБЕЙС. Ноги вашей русалки вдохновляют вас на всё что угодно, но только не на усердие в работе. (Открепляет от одеяла розетку).


ВИКТОР. (Машинально берёт в руки Библию, и с тихой яростью). Меня вы можете оскорблять, сколько угодно, но девушку оскорблять я не позволю!


ЛИППЕНБЕЙС (Ядовито). Интересно, как вы это мне запретите?


ВИКТОР. (Высоко подымает Библию). А вот сейчас, как двину в челюсть...


ЛИППЕНБЕЙС. (Отступает от него). Ну-ну-ну... Интересно, о чём же всё-таки вы хотели меня попросить?


ВИКТОР. (Внезапно перейдя на кроткий тон). С миром в сердце и правдой на устах, я хотел попросить вас расширить зону моей деятельности. Я надеюсь, что тут не будет возражений?


ЛИППЕНБЕЙС. Вы так думаете? Очень странно, но я думаю иначе. И мне совершенно безразлично, что думаете вы, зато вовсе не безразлично, что думаю я. Об этом и речи быть не может. Как вам это нравится?


ВИКТОР. Не очень.


ЛИППЕНБЕЙС. К сожалению, я не вижу возможности считать вас и дальше в числе наших сотрудников. (Быстро выходит).


ВИКТОР (Ошеломлённо). Я уволен?


Медсестра быстро подаёт ему успокоительное. И собирает у всех градусники.


ВИКТОР. Меня уволили? Просто взяли и уволили?


ЗДОРОВЯК. Вот что я скажу тебе, Дефонта, твой хозяин просто отвратительный старик!


ПАРЕНЁК. Чудовище!


ЗДОРОВЯК. (Кидает Виктору надкусанное яблоко). Съешь яблоко! Мне что-то не хочется больше!


ВИКТОР. (Надкусывает яблоко и бросает ему обратно). Спасибо! У меня нет аппетита!


Яблоко на лету перехватывает Очки и тут же задумчиво принимается грызть.


ВИКТОР. Сам виноват. Я повёл себя агрессивно.


ОЧКИ. Вы - и агрессия? Вы же овца, настоящая овца!


ВИКТОР. Нет, нет, не утешайте меня, я был агрессивен. Но, с божьей помощью, я стану кротким.


ПАРЕНЁК. Да он свихнулся!


ОЧКИ. Может, и правильно, что он его уволил?


ВИКТОР. Всё в порядке, всё в порядке, я напишу Липпенбейсу письмо и извинюсь.


ОЧКИ. Думаете, это вам поможет? Думаете, он вас оставит на работе?


ВИКТОР. Нет, уволен я окончательно... Я просто хочу извиниться, чтобы он думал обо мне так же хорошо, как я о нём. Не глядите на меня так! Я счастлив.


ЗДОРОВЯК. Но почему ты счастлив?


ВИКТОР. Я стал ратником божьим. И вы тоже все можете быть счастливы, если станете ратниками божьими...


ЗДОРОВЯК. Осёл! Настоящий осёл!


РАТНИК. Во всём промысел божий. Просто он не всегда сразу заметен!


ЗДОРОВЯК. Два осла!


МЕДСЕСТРА. Я сделаю ему укол! (Поспешно выходит и тут же возвращается, Виктору). Вас пришли навестить! (Быстро убирает Библию в тумбочку, из тумбочки достаёт яркую пижаму и поспешно натягивает на Виктора, приглаживает ему волосы и поправляет постель). К вам - девушка! Хорошенькая! (Кричит в сторону двери). Заходите, девушка!


Входит массивный мужчина, Ланч.


МЕДСЕСТРА. (Спиной к Ланчу). Вот она! Правда, хорошенькая? Только слишком миниатюрная!


ЛАНЧ. (Долго в упор рассматривает Виктора, потом Медсестре). Вы ничего не перепутали? Это он?


И тут из-за спины Ланча выступает хрупкая Марина с пакетом маленьких красных яблок. Она смело подходит к постели Виктора и высыпает яблоки прямо поверх одеяла.


МАРИНА. (Ланчу). Это он, папа!


ЛАНЧ. Но ты, же его не могла рассмотреть! Ты же потеряла сознание тогда, в воде!


МАРИНА. Я чувствую.


Виктор смотрит на ноги девушки. И все больные тут же уставились на ноги девушки.


ВИКТОР. (Рассматривает её). Она права - это я.


ЛАНЧ. Моя фамилия - Ланч. А это - моя дочь, Марина.


ВИКТОР. (Не может отвести глаз от девушки). Очень красивое имя... Такое же красивое, как и ваши... (Смутился). Извините.


ЛАНЧ. Мы пришли, чтобы поблагодарить вас за храбрый поступок!


МАРИНА. (Застенчиво). Из-за меня вам приходится лежать в постели с воспалением лёгких.


ПАРЕНЁК. Из-за вас его уволили с работы!


ЛАНЧ. Разумеется, я возмещу вам ваши финансовые потери. Ясное дело!


ВИКТОР. Не надо. Я сделал это не из-за денег.


ЛАНЧ. Приезжайте-ка, когда вас выпишут, на несколько дней к нам! Вам это будет полезно! Мы живём в Фарне! Наша деревня высоко в горах!


МЕДСЕСТРА. Нашему больному необходим горный воздух!


ВИКТОР. Спасибо за приглашение! Я даже не знаю, где ваша деревня...


ЛАНЧ. Непосредственно на самой границе с Драпонией (Объясняет, раскладывая на одеяле яблоки, вроде как Чапаев объяснял Петьке с помощью картофелин). Поглядите-ка! Здесь поперёк проходит граница. Здесь - Фарн. А на другой стороне, в сотне метров, уже Сакс. Заядлые драпонцы, скажу я вам, в этом Саксе! Ох, нелегко с ними ладить!


ОЧКИ. (Встревает). Совсем недавно наш премьер-министр держал речь, недвусмысленно предостерегал драпонцев от непродуманных авантюр, которые закончатся их полным поражением. Наша армия получила приказ при пограничных конфликтах преследовать врага на его же территории.


ЗДОРОВЯК. Нет, надо же!


ОЧКИ. А через три дня президент Драпонии произнёс точно такую же речь, слово в слово, только по-драпонски.


ЗДОРОВЯК. Нет, ну надо же!


ОЧКИ. И по ту, и по другую сторону границы все кричат, что война неминуема.


ПАРЕНЁК. Война будет недолгой и кончится поражением врага!


МЕДСЕСТРА. А я так, на всякий случай запаслась всё-таки сахаром, кофе, растительным маслом...


ЛАНЧ. Ещё бы! Никто лучше нас, в Фарне, не знает, на что способны эти драпонцы! Они готовы напасть на нас в любую минуту! Только и думают, как бы развязать войну! (Виктору). Непременно приезжайте к нам! Вы отдохнёте у нас, как следует!


МЕДСЕСТРА. (Виктору). Поезжайте, поезжайте, вам надо подлечиться! Окрепнуть! Вам нужен горный воздух, покой!


ВИКТОР. Наверное, мне, действительно следует отдохнуть недельку-другую!


МАРИНА. Приезжайте!


ВИКТОР. А есть ли в Фарне отель?


ЛАНЧ. Не беспокойтесь, вы будете нашим гостем.


ВИКТОР. Не хотелось бы, причинять вам...


МАРИНА. Отель есть, но такой маленький, что его и отелем-то не назовёшь! Зато он папин!


ЛАНЧ. А готовит Марина. Моя жена скончалась три года назад. Марина - моё единственное дитя... Я... вы... я не умею выразить... я - простой крестьянин, но...


МАРИНА. Приезжайте к нам погостить!


ВИКТОР. Спасибо.


ЛАНЧ. Не будем вам больше мешать.


ВИКТОР. Вы мне не мешаете, наоборот. Я даже не смел желать... Знаете, с тех пор, как я стал ратником божьим, всё складывается чудесно... Ну, за небольшими исключениями...


МЕДСЕСТРА. (Перебивает Виктора). Вам, пора, господин Ланч. Больной выздоравливает, но ещё очень слаб, у него могут быть осложнения...


ЛАНЧ. (Отступает). Я понимаю, понимаю... (Виктору). Берегите себя! Мы очень-очень благодарны...


МАРИНА. Обязательно приезжайте к нам!


Выходят. Медсестра провожает их.


Все больные тут же окружают постель Виктора и разбирают яблоки.


ПАРЕНЁК. А ноги действительно...


ЗДОРОВЯК. Слишком худые!


ОЧКИ. И сама очень миловидна...


ЗДОРОВЯК. Совсем худышка!


РАТНИК. (Виктору). Ты должен неустанно благодарить Господа, который, по собственной инициативе, организовал твоё увольнение и обеспечил тебе возможность принять приглашение Марины!


ВИКТОР. Не знаю, удобно ли принять приглашение...


РАТНИК. Ты ещё сомневаешься? Вот-вот разразится война! И в первый же день Фарн будет оккупирован врагом! Над девушкой, которую ты, с таким трудом вытащил из воды, нависла опасность! Ты должен ехать туда и сохранить там мир!


ВИКТОР. Но драпонцы не станут меня слушать!


РАТНИК. Почему?


ВИКТОР. Я не знаю ни слова по-драпонски!


РАТНИК. Так выучи драпонский язык! Что может быть проще?


ВИКТОР. Я начинаю чувствовать, что избран для чего-то более высокого, чем торговля женскими прокладками!


И тут, из-под кровати Виктора вылезает Моряк и забирает оставшиеся яблоки. Занавес опускается. Моряк остаётся перед занавесом. Он жонглирует яблокам, и танцует.



Если Вы хотите получить полный текст пьесы или консультацию по подбору пьес, нужных именно Вам, - прямо сейчас напишите Главному редактору бюллетеня “Авторы и пьесы” Евгении Ремизовой - remizova@rao.ru.

21.07.16 13:42 Раздел: Театр и шоу Рубрика: Дайджест

 
 Использование текстов произведений, приведённых в бюллетене, допускается исключительно с согласия авторов или иных обладателей прав на такие произведения.

Для получения разрешения на постановку пьесы следует обратиться в региональное отделение РАО (адреса и контакты отделений )
или по телефону в Москве +7 (495) 697-5477.

На главную страницу бюллетеня "Авторы и пьесы"