Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

09.12.2016
08.12.2016
07.12.2016

«Ария»: «Хотели поместить на обложку нового альбома башни «Москва Сити», но почему-то не стали этого делать»

26.12.14 09:51 Раздел: Музыка Рубрика: Интервью
«Ария»: «Хотели поместить на обложку нового альбома башни «Москва Сити», но почему-то не стали этого делать»

Музыканты группы «Ария» Виталий Дубинин (бас), Сергей Попов (гитара) и Михаил Житняков (вокал) рассказали корреспонденту InterMedia о своем новом альбоме «Через все времена», симфонических аранжировках, отменах концертов и грядущем 30-летии коллектива.

- Большинство текстов песен для нового альбома опять написала Маргарита Пушкина. Темы для них тоже определяла она?

Виталий Дубинин: Не всегда. Например, для «Зова бездны» тема была определена нами давно — когда была сочинена музыка, сразу решил, что песня будет про океан. Иногда Маргарита удивляла тем, что придумывала какие-то необычные варианты, но не для этой песни.

- А почему для песни «Не сходи с ума» текст написал Александр Елин?

Сергей Попов: Ее мы делали уже в конце работы над альбомом, и она как-то удачно «собралась». У меня были наметки, которые я показал ребятам, и очень быстро образовалась вокальная линия. В общем, песня как-то сразу «зажила». В момент работы над ней я был на связи с Сашей Елиным, а у нас уже как раз подходил дедлайн, и Рита была уже загружена прилично. К тому же у меня уже давно было желание попробовать поработать с Сашей, потому что он вообще другой человек, если сравнивать с Пушкиной. Не хуже и не лучше, чем Рита, просто они разные. Я послал Елину музыкальную «рыбу», и он не скажу, что сразу, но выдал текст. Изначально я давал ему тему, но он в итоге предложил свою. Через месяц он выдал первый вариант, я высказал свои замечания, и Саша, лояльно относящийся к критике, все учел. В этом плане с ним очень комфортно работать. Если говорить о смысле этой песни, то она мне нравится тем, что каждый в ней откроет что-то свое. Можно назвать ее злободневной — на тему того, что сейчас происходит вокруг, потому что люди уже совершенно офигевшие от всех этих Украин, санкций и проч. При этом песня более широкая. Но я думаю, что первый ассоциативный круг будет связан все-таки с нынешней политикой.

Виталий Дубинин: А, на мой взгляд, она как раз о том, что просто человек в современном мире обилия информации получает столько разной белиберды, что ему очень трудно не сойти с ума и не пойти у кого-то на поводу.

Сергей Попов: Если кто-то расслышит в этом тексте чистую политику, то это точно не было нашей сверхзадачей.

- Елин также пишет тексты для группы «Рабфак». Слышали?

Сергей Попов: Саша вообще интересный и разносторонний человек. В частности, у него есть шикарные стихи в стиле Саши Черного, я не постесняюсь этого слова. Я с удовольствием их читаю и очень рад, что мне удалось с ним поработать. У его текстов есть еще очень интересное свойство — они сразу поются. Причем некоторые фрагменты читаешь и думаешь, что это не будет петься, но начинаешь петь, и песня буквально через 2-3 дубля укладывается в ушах.

- Сергей, а что скажешь о песне «Город», для которой ты тоже написал музыку?

Сергей Попов: Песня про места нашего детства, юношества, которые мы любим, к которым привязаны, и которые, к сожалению, становятся другими и чужими. У меня эта песня проходила как «Чужой город», а второе название у нее было …

Виталий Дубинин: «Отторжение». Но мы от него отказались, поскольку такого слова даже не было в тексте.

Сергей Попов: Вообще эта тема у меня сидит в голове уже лет 20 — еще с тех времен, когда я писал некоторые тексты для «Мастера». В песне «Надоело» были такие строки:

И стаи грязных, черных крыс

Заполнили мой город,

Он стал холодным и чужим,

А был мне очень дорог.

Эти строчки я всегда хотел развернуть в отдельную песню.

- Получается, это из разряда наболевшего, твой личный опыт?

Сергей Попов: Мне кажется, что все в той или иной степени это переживают, потому что в детстве и «деревья были большими», и солнце ярче. А то, что мы имеем сейчас именно в качестве реалий, радости не добавляет. Некоторые восприняли «Город», как песню про «нерусское» население нашей страны, гастарбайтеров, «понаехавших» и все с ними связанное, это далеко не так. Это всего лишь одна из проблем наших родных городов, и не всегда основная. Это кратко, а так на эту тему можно говорить долго..

- А здесь кто писал текст?

Сергей Попов: Я совместно с Ритой.

- Город в песне тот же самый, в котором человек родился, или который он покинул?

Сергей Попов: А это все равно, потому что ты же ведь всегда возвращаешься в те места и наблюдаешь, что с ними стало. Можно сказать и так - город, в котором ты продолжаешь жить.

- Музыку к «Точке невозврата» написал Миша Житняков. Миша, признайся, это твой композиторский дебют?

Михаил Житняков: Вообще первый опыт! До этого я даже, сколько бы ни держал в руках музыкальный инструмент, сколько бы ни занимался музыкой, никогда даже мимолетно не ставил себе задачу попробовать придумать какую-то мелодию — не говоря уж о целой песне. Но здесь возникла следующая ситуация. После того, как прошли мои первые гастроли в «Арии», и мы сдали материал по «Live in Studio», я понял, что у меня появилось свободное время, которое просто некуда девать. Я сразу же притащил домой клавиши и пытался просто музицировать, опять же, на ставя перед собой задачу что-то придумать. Когда я понял, что в какой-то момент у меня стала складываться мелодия, я записал это дело на диктофон, какое-то время поиграл, послушал и понял, что мелодия из головы не уходит, а значит что-то, наверное, в ней есть. Решил посоветоваться со старшими и более опытными товарищами, написал об этом Виталику, прислал ему тему. На тот момент песня имела довольно примитивный вид, в ней не было даже «рыбы» - просто на клавише была «налялякана» какая-то мелодия. Я потом понял, что, наверное, нужно сделать чуть больше и попробовал написать русскую «рыбу». Это тоже были пробы пера, я начал писать текст, который мне помог неожиданным образом. В тот момент, когда я пытался вложить в текст весь запланированный смысл, мне не хватило в избранном стихотворном размере места. Таким образом, песня была увеличена на целый бридж. Так она поменяла свою форму. Когда это все произошло, я, подыгрывая себе на клавишах двумя руками, спел тот текст, который у меня получился, и отправил его Виталию. Наверное, в готовом виде песня его уже заинтересовала больше, он взял паузу и спустя несколько дней прислал мне уже песню, где была готовая аранжировка. Поскольку тематика текста моей песни перехлестывалась со «Штилем» «Арии» (дескать, сколько было мореплавателей, которые канули в Лету, и никто про них ничего не знает, так как они ничем не запомнились), мы попросили Маргариту Пушкину написать другой текст. Но сначала мы показали готовую музыку остальным «арийцам». На студии Виталий схитрил, выдав поначалу песню за свою. Послушав, ребята заулыбались и начали одобрительно кивать. Когда положительная реакция была получена, Виталий раскрыл карты и признался, что песня моя. Хотя те изменения, которые внес в нее Виталий, придали песне некую «фирмовость». Повторюсь, это был мой первый опыт, и взгляд со стороны сильно помог.  

- Именно это вдохновило тебя на то, чтобы и дальше что-то сочинять?

Михаил Житняков: Да, конечно!

Виталий Дубинин: Он тут же мне начал слать еще, а я ему говорю: «Да, погоди ты!» (смеется).

Михаил Житняков: Проще сочинить какие-то отрывочки, кусочки, нежели законченную песню. Тем не менее я чувствую в себе некий потенциал и, самое главное, желание. При этом я отдаю себе отчет в том, что не каждую песню, которую придумает каждый из нас можно принести в «Арию».

- А почему, кстати, Виталий сказал на репетиции, что это его песня?

Виталий Дубинин: Во-первых, я сам спел её. Во-вторых, я думаю, что к этому бы менее предвзято бы отнеслись остальные члены коллектива.

- Некая дедовщина?

Михаил Житняков: Если с этой песней осудили бы Виталия, так было бы честней. Для объективности это был очень правильный ход. Мы не сговаривались, просто, придя на репетицию, Виталий сам начал этот разговор и сказал эту фразу на опережение, а мне только оставалось ждать, чем это все закончится.

- Виталий, а какими написанными тобой песнями для этого альбома ты наиболее гордишься?

Виталий Дубинин: Сложно сказать, я не знаю. Я всегда говорил, что ко всем своим песням отношусь ровно, а фавориты должны все-таки определиться спустя какое-то время. Потому что в процессе записи и сведения ты слушаешь это столько, что, в конце концов, они просто сливаются в одну массу...

Сергей Попов: ...и перестают восприниматься объективно.

Виталий Дубинин: Но очень приятно, что получилось написать «Зов бездны». Пушкина давным-давно мне говорила: «Ты же дайвер, надо про них написать песню!» Я отвечал: «Да сам хочу, но надо же музыку соответствующую, здесь же не подойдет какой-то бодрячок или очередная баллада, типа «Там, где клен шумит над речной волной, утонула ты — да и хрен с тобой ...» (общий смех). Ну, это так, к слову. Здесь, естественно, нужна была более атмосферная или, если хотите, психоделическая музыка. Название «Бездна» для этой песни у меня было заранее, а потом все трансформировалось в «Зов бездны». И за то, что получилось, мне совсем не стыдно, потому что получилась не очень характерная для «Арии» песня. В ней можно было немного отойти от канонов и экспериментировать.

Михаил Житняков: Кто-то в ней даже услышал Pink Floyd.

Виталий Дубинин: Кстати, да, наверное, по духу она даже ближе к Pink Floyd, нежели к «Арии». Мы ее, конечно, сделали тяжёлой, но что касается именно построения песни, каких-то гармоний, модуляций, то это для нас не характерно.

Виталий Дубинин: А песня «Блики солнца на воде» была мною придумана давным-давно. Это был просто такой медлячок, баллада. Я принес, показал ребятам, Сергей сказал, что это нафталин, такая аранжировка никуда не пойдет (смеется).

Сергей Попов: Ну да, по поводу этой вещи у нас был долгий спор относительно аранжировки. Но в итоге нашли компромисс.

Виталий Дубинин: Я ее унес и сделал по-другому, радикально сократив гармонии и основной ритм. В итоге по куплетам получился такой тяжелый блюз. Кстати, у нас была еще такая песня - «Пытка тишиной». Они очень похожи в этом отношении — куплетами. Когда я это понял, даже захотелось провести параллель между этими песнями. В итоге, в строчке «и увидеть блики солнца мне не суждено» и в названии новой песни можно заметить эту преемственность.

- А мне показалось такое название в стиле БГ - «Немного солнца в холодной воде».

Сергей Попов: Вообще-то это у Франсуазы Саган (смеется).

Виталий Дубинин: В общем, это песня такого пожилого человека, который вспоминает жизнь ушедших друзей, прошедшие моменты в жизни и понимает, насколько это все иллюзорно.

Сергей Попов: Я бы сказал, что это классическая блюзовая тема.

- Зачем нужно было прилагать к цифровой версии альбома инструментальный диск? До вас нечто подобное делал разве что «Калинов мост» в 2007-м в CD -приложении к коллекционному изданию альбома «Ледяной походъ».

Виталий Дубинин: Не могу сказать, что это прямо наша идея, которую мы давно вынашивали. Нас попросили дать для iTunes какие-то бонусы. Поскольку бонус у нас был всего один, мы предложили выложить несколько «минусов», на что нам выдвинули встречное предложение выложить их все. Так все и произошло. Идея исходила от издателей M2BA. Узнав о ней, Володя Холстинин признался, что он давно хотел так сделать. Ну и мы, как минимум, не возражали.

- А почему вы решили сделать симфо-версию «Точки невозврата»?

Виталий Дубинин: Во-первых, нужен был какой-то бонус на диск. Во-вторых, мой старший сын Андрей предложил нам своего знакомого Василия Филатова, который, если надо, может сыграть на клавишных или сделать симфонические аранжировки для альбома. Он композитор, занимается саунддизайном, работает в кино. Мы как раз собирались сделать симфоническую версию Мишиной баллады. Ближе к делу я созвонился с Василием, отослал ему сначала то, что мы записали, он рассказал мне свое мнение по поводу оркестровки и приступил к работе. То, что у него получилось, нам очень понравилось!

- Почему в качестве издателей выбрали именно M2BA?

Виталий Дубинин: Во-первых, потому, что все лейблы сейчас нивелировались, поскольку физические носители канули в Лету, и основными остались цифровые платформы. В этой ситуации, когда в качестве издателя выбираешь молодую команду, она, как мне кажется, будет больше «рыть землю» и работать с большим энтузиазмом.

- Ваши чаяния оправдались?

Виталий Дубинин: Пока то, что происходит, нам нравится. Тем более, мы с ними работаем по размещению музыки в интернете уже не первый год. Так что это не совсем для нас новички.

- Кто занимался дизайном альбома?

Виталий Дубинин: Занимался Кэш (Игорь Лобанов). Художником был GLOOM82, который давно работает с Кэшем, оформлял альбомы группе «Слот». Я объяснил, чего мне хотелось бы видеть на обложке. Соответственно, внесли кое-какие коррективы, и получился такой результат. Идея заключена в первой песне - «Через все времена». Скифы летят над Землей в новый век, проносясь над современным городом . Это Москва. Хотели туда поставить башни «Москва Сити», но почему-то не стали этого делать.

Михаил Житняков: Обложка получилась по мотивам первых двух песен – «Через все времена» и «Город» (смеется).

Виталий Дубинин: Внутри буклета можно увидеть скифские украшения со скрупулезно воссозданными элементами.

- Но Кэш же еще написал текст песни «Бегущий человек».

Михаил Житняков: Очень примечательный момент: текст был придуман, но в какой-то момент остался без бриджа. И на крайнюю студийную сессию, когда мы уже записывали вокал, был приглашен Игорь Лобанов, и мы с ним прямо на ходу додумывали последние строчки.

- В следующем году «Ария» отметит 30-летие. Уже есть соображения, как это должно выглядеть?

Виталий Дубинин: Мы, конечно, пригласим всех бывших участников. Что из этого выйдет, мы знать не можем. На этот «Ария фест 2014» группу «Кипелов» приглашали в качестве одного из хедлайнеров, но они отказались. Я допускаю, что они откажутся и на 30-летие. Вопрос, в каком формате мы будем это делать. Раньше приглашали людей, которые просто играли с «Арией»… Потом на 25-летие играли уже группы участников «Арии»… На 20-летие выступали с оркестром… Надо что-то выдумать неординарное, поэтому размышляем. Времени у нас достаточно для того, чтобы что-то придумать и сделать. Конкретно будем говорить об этом только после лета, потому что юбилейные концерты у нас проходят осенью.

Сергей Попов: Очень сложно со скачущим долларом и евро что-то загадывать с гостями. Теоретически можно позвать кого угодно, но кто возьмет на себя этот коммерческий риск? Допустим, если будет курс гарантированный, то можно просчитать экономику проекта, сделать определенную цену на билеты, чтобы люди сказали «вот на это мы пойдем». А как считать, если евро было 40, а стало 70? И неизвестно, что будет дальше… Как говорится, «когда мы нащупали дно, снизу постучали!»

- Нет ли страха, что не получится сделать все, как задумано, из-за экономического кризиса? Многие концерты отменяются — в частности, в провинции. К тому же выступления некоторых рок-музыкантов порою слетают из-за так называемых «православных активистов».

Сергей Попов: Последнее — это, конечно, мракобесие. Ни к какому православию это отношения не имеет.

Виталий Дубинин: Это просто какое-то вредительство. Надеемся, что этому будет положен конец. Я понимаю, что все эти люди каким-то образом кем-то ангажированы. Хотелось бы верить, что у людей власть имущих все-таки хватит ума это прекратить. А что касается концертов «Арии», то я был приятно удивлен, что все 25 концертов осеннего тура показали явный прогресс по посещаемости.

Денис Ступников, InterMedia