Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

02.12.2016
01.12.2016

"Последнее воскресение": Лев Толстой как зеркало русской интеллигенции ****

28.10.10 17:32 Раздел: Рецензии и обзоры Рубрика: Рецензии и обзоры
"Последнее воскресение": Лев Толстой как зеркало русской интеллигенции ****

Пресс-показ фильма "Последнее воскресение" (Германия-Россия, 2008, режиссер - Майкл Хоффман, в ролях - Хелен Миррен, Кристофер Пламмер, Джеймс Макэвой, Пол Джаматти, Анн-Мари Дафф, Керри Кондон) состоялся 28 октября в кинотеатре "Октябрь".
Фильм выйдет в прокат 11 ноября в преддверии 100-летия со дня смерти Льва Толстого. В основе сценария — последние месяцы жизни великого русского писателя, история его трагического ухода из Ясной Поляны, болезни и смерти. В имение Толстого (Кристофер Пламмер) приезжает новый секретарь, 23-летний Валентин Булгаков (Джеймс Макэвой). Он пылко увлечен идеями "толстовства", хотя и путает вегетарианство с целибатом. Помимо официальной миссии, у Булгакова есть и секретная: по поручению идеолога толстовства Владимира Черткова (Пол Джаматти) следить за Софьей Андреевной (Хелен Миррен), которая хочет воспрепятствовать отказу Льва Николаевича от наследства и авторских прав на свои произведения. У юноши есть забавная привычка чихать в минуты волнения, чем пользуется сценарист (тот же Хоффман) для создания комического эффекта. В Ясной Поляне Джеймс Макэвой мгновенно подпадает под обаяние мудрого Льва Николаевича и не менее мудрой Софьи Андреевны, а в соседней коммуне толстовцев Телятники — под чары прекрасной Маши (Керри Кондон), которая учит идеалиста Валентина не вполне платоническим проявлениям любви к людям. Целибат в результате решительно отвергнут, а тема вегетарианства в кадре больше не затрагивается. Тем временем демонический Чертков, вырядившись в толстовку, убеждает Льва Николаевича переписать завещание, а красиво стареющая Софья Андреевна переживает и устраивает сцены. Толстой разрывается между любовью к жене и идеалами равенства и, не в силах разрешить эту дилемму, решается на бегство из имения.
Финал известен заранее, но у многих были опасения по поводу того, не превратит ли американский режиссер этот сюжет в развесистую клюкву с медведями и самоварами. Тем не менее Хоффман оказался большим поклонником русской культуры и крайне внимательно отнесся и к сути, и к деталям. Не имея финансовой возможности снимать в России, он и в Германии нашел совершенно тульские пейзажи. При желании можно отыскать заштампованность мышления в полях и березках, однако, черт возьми, эти просторы действительно очень похожи на яснополянские. Почти точно воссозданы внешний вид усадьбы и ее интерьеры. Но главное — великолепные Миррен и Пламмер, играющие пожилых, любящих и мучающих друг друга людей. Кристофер Пламмер и его русский голос Алексей Петренко создают точнейший образ гения, создавшего свое учение, но не уверенного в том, что он сам готов практиковать то, что проповедует. Софья боится, что дети останутся без средств к существованию, что Левушка ее разлюбил, и на этой почве совершает экстравагантные поступки: лазает по балкону, стреляет в портрет Черткова, а, узнав об уходе мужа, пытается утопиться в пруду. У усадьбы, а потом и на станции Астапово дежурит толпа папарацци, описывающих происходящее в своих газетах.
Несмотря на некоторое количество трагикомических сцен, актеры играют по Станиславскому, и фильм ни разу не скатывается в плоскость чисто семейной драмы. Хоффман вполне адекватно вписывается в традицию классической русской литературы, согласно которой умные и достойные люди обречены страдать и мучить себя и близких. В России фильмы об этом снимать, в общем-то, давно бросили, так что придется благодарно принять гуманитарную помощь с Запада. Впрочем, для своих соотечественников Майкл Хоффман припас более простое объяснение поступков героев. Мало знакомые с биографией Льва Толстого зрители увидят в фильме не более чем чрезмерно драматический спор из-за завещания. Для подобной трактовки Хоффману понадобился злодей — и таковым стал Чертков, в склизко-самодовольном исполнении Пола Джаматти превратившийся в серого кардинала толстовства. Именно он всячески интригует против Софьи Андреевны и отталкивает Толстого от верной жены и многолетней музы и помощницы. Присутствие такого однозначно отрицательного персонажа в фильме, где поступки каждого из остальных можно понять и оправдать, все же выглядит неким голливудским излишеством: все-таки сложно предположить, что на киносеанс "Последнего воскресения" захотят пойти люди, ничего не слышавшие о Льве Толстом.
Алексей Мажаев, InterMedia