Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

02.12.2016
01.12.2016

ФЕСТИВАЛЬ ТОП-КОЛЛЕКТИВОВ МИРА ЗАКРЫЛ ЛУЧШИЙ СИМФОНИЧЕСКИЙ ОРКЕСТР

12.06.07 19:58 Раздел: Хроника Рубрика: Хроника
ФЕСТИВАЛЬ ТОП-КОЛЛЕКТИВОВ МИРА ЗАКРЫЛ ЛУЧШИЙ СИМФОНИЧЕСКИЙ ОРКЕСТР

II Фестиваль симфонических оркестров мира закончился 10 июня в Колонном зале Дома Союзов. В концерте выступил заслуженный коллектив России Академический симфонический оркестр Санкт-Петербургской филармонии и созданный на его базе Сводный симфонический оркестр России с 18 подсадными музыкантами из 11 региональных коллективов. Дирижировал художественный руководитель Санкт-Петербургской филармонии Юрий Темирканов, выбранный полгода назад президентом организатора фестиваля, Ассоциации руководителей симфонических и камерных оркестров (АСКОР). В программу петербургского коллектива его главный дирижер включил подобающие для закрытия русского фестиваля, приуроченного ко Дню России, сочинения отечественных композиторов — Классическую симфонию Сергея Прокофьева и Вторую симфонию Сергея Рахманинова. Сводный симфонический оркестр, по желанию организаторов фестиваля, исполнял виртуозную музыку британского автора - "Вариации и фугу на тему Перселла" Бенджамина Бриттена ("Путеводитель по оркестру для молодежи").
Закрытие фестиваля отличалось от остальных концертов и количеством публики — еще за пару месяцев на московских концертах доводилось слышать восторженные разговоры поклонников питерского коллектива. Переполненность зала стала причиной того, что на сей раз не удалось занять ни одного акустически выгодного места и довольствоваться своими местами, выделенными большинству прессы — в углу за колоннами рядом с видеорежиссером, — что не могло не сказаться на адекватном восприятии звука. Аналогом могла бы быть следующая звуковая картинка: вы стоите у открытого окна, а в соседнем доме на хорошей акустической системе звучит запись хорошего оркестра, отражаясь эхом от панельных стен окружающих домов. Если же представить, что у вас за спиной включено радио с программой новостей, то можно оценить звуки, исходящие от видеорежиссера, зачем-то посаженного прямо в зале, из наушников которого доносились фразы - "От виолончелей уходи", - или диалоги: "Дальше будет соло кларнета на полчаса". — "Это хорошо".
В таком акустическом контексте можно было составить впечатление об "общей ауре оркестра", но отдельные звуки вычленялись с трудом. Впрочем, некоторая выгода все ж была: благодаря расположенному рядом экрану можно было насладиться интеллигентным и проникновенным дирижированием маэстро Темирканова, которого пресса, отправленная за одну из колонн, не могла лицезреть "вживую". После открывшей программу Классической симфонии в оркестре началась рокировка — 18 ушли, 18 подсели. Пока происходил этот процесс, на сцену вышел Святослав Бэлза, который рассказал собравшимся о том, что фестиваль — "это не только цикл концертов, в нем должна быть изюминка", и "сегодняшний кульминационный концерт" и призван "стать этой изюминкой". Поведав историю английской композиторской культуры, прервавшейся после Генри Перселла и не знавшей до ХХ в. и Бриттена крупных имен, ведущий попытался присовокупить автора "Вариаций и фуги на тему Перселла" к закрытию фестиваля, посвященного российскому государственному празднику с участием Сводного оркестра России. Г-н Бэлза рассказал, что Бенджамин Бриттен питал особую любовь к России, гастролировал здесь пару раз в начале 60-х гг., написал цикл песен на стихи А.С.Пушкина и дружил с четой Мстислав Ростропович — Галина Вишневская. Назвав "Вариации и фугу на тему Перселла" в "сегодняшнем исполнении не только путеводителем по оркестру, но и путеводителем по России", Святослав Бэлза сопоставил сочинение с подобным в российской музыке — "Петей и волком" Сергея Прокофьева. Надо сказать, что лишнее упоминание этого произведения, на сей раз со сцены, произвело двойственное впечатление — уже с начала вечера в зале витали мысли относительно прокофьевской сказки, которая была бы уместнее и в "национальном" контексте, и в техническом плане — "Петя и волк" призван демонстрировать тембр инструментов, а Вариации Бриттена — возможности инструментов. Конечно, прокофьевское сочинение проще, но ведь и оркестр репетировал пять дней. А уж если вспомнить о том, какой популярностью пользуется русский "Петя" в мире и о том, что в роли чтецов здесь выступили топ-фигуры — от Михаила Горбачева до Антонио Бандераса, - то художественная потребность закрытия Фестиваля симфонических оркестров мира была бы удовлетворена. При исполнении "Вариаций" было тяжело и слышать один из лучших оркестров, и видеть одного из лучших дирижеров. На состоявшемся несколькими часами ранее брифинге маэстро ушел от вопроса, кто и по каким критериям выбирал приглашенных музыкантов. О драматургии говорить вообще не приходится — речь идет об элементарной точности нот. Не забота Темирканова, да и вообще любого другого маэстро, достойного закрывать фестиваль с такими звездными именами, - разучивать ноты и заниматься с инструменталистом техникой исполнения — его задача творить музыку, что возможно лишь при условии хоть минимально подготовленных исполнителей. И культурных — потому что то, как медь в финале переорала корчившиеся в предсмертных судорогах благородные струнные, было больно слышать. Лицо дирижера, пойманное камерой, пока он не повернулся в зал, также выражало боль.
Тем большим подъемом и откровением стала для слушателей прозвучавшая во втором отделении симфония Рахманинова, исполненная уже только заслуженным коллективом. Здесь было все, что можно назвать "само дыхание оркестра", - великолепные наполненные струнные, аккуратные корректные духовые, благородная одухотворенная медь, прислушивающаяся к остальным, а не самоутверждающаяся перед ними, - все это способствовало воплощению тембровой, ансамблевой, драматургической целостности, рождало неповторимый облик оркестра и, в конечном счете, настоящую музыку. Заслуженный коллектив доказал, что по праву занимает первые позиции на Западе и имеет собственное уникальное звучание, где нет ничего переигранного и недоигранного, звучание, великолепное в своей простоте и способное заставить забыть о плохих местах в зале.
Маэстро Темирканов и его коллектив не стали продолжать традицию бравурных бисов, закрепившуюся на данном фестивале (к примеру, бисов Дрезденского филармонического оркестра на сороковинах Мстислава Ростроповича). Первым бонусом, на который Юрий Темирканов согласился неохотно, невзирая на бурные овации, стали Энигма-вариации Эдуарда Элгара, продолжившие рахманиновскую линию. После этого на сцену вышли Святослав Бэлза, советник президента РФ Юрий Лаптев и директор АСКОР Лолита Сильвиан. "Говорить что-либо после такой музыки очень трудно и я не ошибусь, если выражу общее восхищение этим оркестром и легендарным маэстро Юрием Темиркановым", - начал Юрий Лаптев, сообщив в дальнейшем о том, что к радостным эмоциям примешивается чувство грусти по поводу окончания фестиваля. Однако советнику президента "второй фестиваль дал уже уверенность в том, что он станет традиционным". Лолита Сильвиан сообщила слушателям, что "на некоторое время Москва стала столицей Европы". "Будем развиваться, будем встречаться", - пообещала она. После речей под гром аплодисментов вышел Юрий Темирканов, чтобы исполнить финальный бис фестиваля — Гибель Тибальда из "Ромео и Джульетты" Прокофьева. Таким образом, Классическая симфония и сцена смерти стали своеобразной аркой концерта: первая прозвучала пробуждением, вторая — убедительно, холодно — окончательной точкой, обрывающей жизнь. После такого биса зал, впервые за время форума, приветствовал великолепного дирижера стоя. Этого заслужил и его коллектив — лучший среди всех участников нынешнего Фестиваля симфонических оркестров.
Мария Зуева, InterMedia