Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

07.12.2016
06.12.2016

"ОДНА ЛЮБОВЬ НА МИЛЛИОН": КРИМИНАЛЬНЫЕ МЕЛОМАНЫ ****

02.04.07 18:00 Раздел: Рецензии и обзоры Рубрика: Рецензии и обзоры
"ОДНА ЛЮБОВЬ НА МИЛЛИОН": КРИМИНАЛЬНЫЕ МЕЛОМАНЫ ****

Пресс-показ фильма "Одна любовь на миллион" (Россия, 2007, режиссер - Владимир Щегольков, в ролях - Руслан Курик, Лина Миримская, Елена Морозова, Дмитрий Марьянов, Владимир Симонов, Андрей Краско) прошел в кинотеатре "Формула кино" (Европейский) 30 марта.
"У нас была великая эпоха" - так сформулировал в знаменитой книге свою мысль Эдуард Лимонов. Он был одновременно прав и, если иметь в виду привязанность к определенным датам, не прав. Наверное, в жизни каждого человека существует собственный ренессанс, персональный золотой век, хронологическая ниша, в которой он чувствует, что находится дома. Подросшее поколение российских кинематографистов, умеющих внятно заявить о своих симпатиях и антипатиях, все чаще выбирает в качестве арены для своих фабул огнестрельную феерию первых постсоветских лет.
1993 год, угар нового НЭПа, царство дикого капитализма, полного криминального бешенства - столь же стихийного, неуправляемого, нелепо¬го; новорожденный строй изо всех сил пытается удержаться на тонких глиняных ножках. Времена наивного бандитского беспредела. Алогичного хаоса, в котором вопреки всем правилам стихосложения прекрасно рифмуются не только понятия "кровь - любовь", но и короткие, словно выстрелы, слова "бакс" и "ствол", "sex" и "drugs". Не обойтись в эти смутные дни живым людям и без рок-н-ролла.
Рабочим названием фильма Щеголькова (телесериалы "Виола Тараканова" и "Москва. Центральный округ") служил категорический императив "Кинь Вавилон". Действительно, оба представленных нам города - лейтмотивом картины как раз и является путешествие из Петербурга в Москву - предс¬тавляют собой громокипящие вавилонские кубки-котлы. В них перемешалось, сместилось, утратилось все, осталась лишь одна непреложная истина - деньги. Сумка с миллионом фальшивых долларов здесь отнюдь не хичкоковский "макгаффин", сюжетная уловка или приманка, а реальная, конкретная вещь: "Пусть печать не наша, но ведь и мы не в Америке!" Митяй (Курик) и Нюта (Миримская), прямые аналоги Кларенса и Алабамы из "Настоящей любви" (что характерно, опять 1993), давней саги Квентина Тарантино и Тони Скотта, завладев столь опасной вещью, однако совсем не спешат с ней расстаться. Условия существования таковы, что зарождающееся между ними чувство диктует необходимость крепкого финансового подспорья. Еще Нюта и Митяй любят музыку: King Crimson, позволяющий найти в мире равновесие, и Дэвида Боуи - он открывает для слушателя уже совсем новые миры. Выбор однозначно делается в пользу Боуи, и наши герои очертя голову пускаются в довольно-таки "стремную" авантюру. Они не преступники и не жертвы: "Ты убил их? - Не знаю, я глаза закрыл". Обычные молодые люди, по неопытности угодившие в кровавый водоворот. Впрочем, согласно всем канонам городской, пусть жестокой, но все же сказки, жизнь влюбленных вскоре станет легка, почти как в финале "Зо¬лота Маккены". На всю оставшуюся жизнь нам хватит долларов и славы.
Важным достоинством "Одной любви на миллион" является легкость и верная самооценка авторов. Приятно, что откровенные цитаты из "Настоящей любви" не драпируются, как сделал бы дилетант, а напротив - трогательно демонстрируются во всей красе - мол, драматургия-то что надо, почему бы не использовать ее еще раз? Неожиданно точен в роли Митяя выпускник "Фабрики звезд" Руслан Курик. Едва ли ребенок, "сработанный" в "звездной" мастерской, может быть природно одаренным артистом - скорее всего, "виновата" компетентность режиссера, сумевшего внятно объяснить, чего именно он хочет и ждет. Вспоминаются слова Эмира Кустурицы, сказанные им по поводу ленты "Жизнь как чудо": "Фильм снимался так долго, что я не то что кота, а даже людей смог научить правильно играть!" Чуть менее убедительна Лина Миримская - все-таки ей далеко до Патриции Аркетт, гораздо ближе она приближается к известному архетипу "блондинки" из бесчисленных анекдотов. Впрочем, от нее и не требуется особенного мастерства; симпатичную девушку (характерная деталь - сознательно имитирующую манеру речи Ренаты Литвиновой) в залитых кровью белых одеждах зрители воспримут адекватно и без всякой системы Станиславско¬го. А московские друзья криминальных любовников Митяя и Нюты, Рита и Котик (Морозова и Марьянов) не только веселят нас своим безумием, но и сообщают нечто важное: основой любой семьи должен служить хрупкий баланс противоположности и идентичности.
Положа руку на сердце, следует все же признать - не Митяй с Нютой, и уж тем более не Рита с Котиком являются подлинными героями фильма Ще¬голькова. Настоящий герой здесь - тот самый пресловутый Zeitgeist, его величество Дух Времени, уникального и неповторимого, которое уже не вернется. Здесь следует отметить блистательный саундтрек; подборка не уступает и лучшим фильмам Тарантино. Брайан Ино, Cure, уже упо¬минавшийся Боуи, плюс джентльменский набор милого ширпотреба тех лет - Мистер Малой, "Кар-Мэн", "Технология"... Жанна Агузарова - уместности использования ее "марсианского" вокала ("Эй, мой луч, не бойся туч, все пройди и стань светлей!") мог бы позавидовать и Сергей Соловьев со своей одиозной "Ассой". И, конечно же, "Центр" Василия Шумова, до сих пор остающийся одной из самых самобытных, злых и бескомпромиссных русских "банд". Песни Шумова составляют особое пространство фильма. Сам же классик изощренного минимализма воспринимает получившееся кино как достойный ответ искусству нового времени, бездушному холоду эрзац-продукции а-ля "300 спартанцев". С этим мнением невозможно поспорить.
Борис Белокуров, InterMedia