Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

22.09.2017
21.09.2017

"РАНЧО С ДУРНОЙ СЛАВОЙ": РАЗБОРКА НА ГИБЛОМ МЕСТЕ

02.10.06 17:47 Раздел: Рецензии и обзоры Рубрика: Рецензии и обзоры
"РАНЧО С ДУРНОЙ СЛАВОЙ": РАЗБОРКА НА ГИБЛОМ МЕСТЕ

Показ вестерна "Ранчо с дурной славой" (Rancho Notorious, США, 1952, режиссер - Фриц Ланг, в ролях - Артур Кеннеди, Марлен Дитрих, Мел Феррер, Глория Генри, Уильям Фоули) прошел в рамках программы "Классика Голливуда" I московского фестиваля американского кино "Образы Америки" в кинотеатре "35 мм" 29 сентября.
"Ранчо с дурной славой" начинается на лучезарной ноте: ковбой Верн (Кеннеди) просто теряет голову от счастья. Он собирается жениться, его избранница - скромная красивая девушка, мечта любого простого парня. "Через восемь дней - свадьба, через восемь лет - собственная ферма", жизнь, как говорится, налаживается. Зачем Фрицу Лангу, режиссеру, любившему повторять, что насилие является определяющим элементом сценария, нужно было показывать подобную идиллию? Конечно, затем, чтобы уже на третьей минуте не оставить от нее камня на камне: будущие супружеские узы перерезаны вооруженным налетом каких-то заезжих отморозков. Верн с отрядом горожан пускается в погоню за убийцами невесты, однако "группа поддержки", узнав, в какие гиблые места надлежит держать путь, бросает его в одиночестве, убитого горем, вооруженного, помимо револьвера, одним лишь паролем "Chuck-a-Luck". В конце концов мститель оказывается на территории одноименного уединенного ранчо.
Ранчо это, пользующееся, как следует из названия, сомнительной репутацией в округе, являет собой некий особый микрокосм. Жизнь здесь разительно отличается от быта "цивилизованных" поселений, где вся предвыборная политическая деятельность проходит в салуне "Большая медведица", а единственной сносной забавой служит суд Линча. В свою очередь, ранчо представляет собой некое подобие коммуны, где все подчинены дисциплине и заняты делом: перестрелками и разбоем. Конгломератом головорезов, всем этим непростым сбродом с темным прошлым и отсутствующим будущим, управляет женщина по имени Олтер Кин (Дитрих). Ее методы руководства вкрадчиво-тоталитарны и включают, помимо резких окриков, ежевечернее исполнение шансона фирменным хрипловатым голосом, с неизменной сигареткой между пальцами (Марлен Дитрих есть Марлен Дитрих...). Впрочем, подобный образ отлично был стилизован и Людмилой Сенчиной в большой постановке стран соцлагеря "Вооружен и очень опасен", снятой в 1975 году Владимиром Вайнштоком. Итак, ковбой вливается в маргинальный коллектив, хотя поначалу и чувствует себя там не в своей тарелке. Дальнейший конфликт между неофитом Верном и брутальным Френчи (Феррер), основным фаворитом "маленькой хозяйки большого дома", и составляет суть воплощенного Лангом смертельного кружения на задворках американского фронтира.
Конечно же, вестерн у Фрица Ланга получился дикий и мрачноватый. Сравнивая с другими образцами жанра того временного отрезка, не столь параноидально-горький, как "Джонни Гитара" Николаса Рэя и не столь отчаянный, как "Апач" Роберта Олдрича, но тоже, понятное дело, не "Лимонадный Джо". Мрак послевоенных лет наложил отпечаток и на эту картину, да и Фриц Ланг всегда был достаточно хмурым субъектом: "В наши дни люди уже не верят в загробную жизнь, только в физическую боль". Удивительно, что вырвавшись из тесной декадентской Европы, края доктора Калигари и доктора Мабузе, на безбрежный заокеанский простор, Ланг, случайно или намеренно, помещает коллизии своего "Ранчо" в замкнутое пространство полутемного загородного дома. Фатальность происходящего усиливается за счет умелого использования музыкального номера в исполнении кантри-певца Уильяма Ли. Долгая баллада о ненависти, убийстве и мщении куплет за куплетом поясняет ключевые эпизоды картины (через пять лет подобный прием "песенного комментария" будет доведен до совершенства в "Перестрелке в О.К.Коралле" Джона Стерджеса).
Само же выражение "chuck-a-luck" на ковбойском сленге буквально означает "колесо фортуны", утрированный вариант местной рулетки; в одной из сцен фильма мы можем достаточно подробно разглядеть сей причудливый агрегат, чем-то поразительно напоминающий судьбу самого Ланга, его бегства и возвращения, метания между жестокостью и гуманизмом, блокбастерами и "киноправдой". Где-то на середине вращения этого колеса и располагается "Ранчо с дурной славой", фильм неровный, тем более - не гениальный, но безусловно знаковый, хотя бы за счет участия вечной "белокурой Венеры", удивительной Дитрих. И все же это - уже очень странный, но еще голливудский вестерн, без тени правдоподобия, склоняющийся к "жестокой мелодраме". Реализм начнется в другом десятилетии и на другом континенте, когда за дело возьмутся парни с фамилиями вроде Леоне, Корбуччи и Куэсти. Впрочем, без фундамента, заложенного Лангом и его коллегами, им и заняться-то было бы совершенно нечем.
Борис Белокуров, InterMedia