Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

04.12.2016
03.12.2016
02.12.2016
01.12.2016

'АПОКРИФ: МУЗЫКА ДЛЯ ПЕТРА И ПАВЛА': НЕОКОНЧЕННАЯ ПЬЕСА ДЛЯ ЦЕРКОВНОГО ХОРА

23.12.04 19:08 Раздел: Рецензии и обзоры Рубрика: Рецензии и обзоры
'АПОКРИФ: МУЗЫКА ДЛЯ ПЕТРА И ПАВЛА': НЕОКОНЧЕННАЯ ПЬЕСА ДЛЯ ЦЕРКОВНОГО ХОРА

Пресс-показ трагифарса 'Апокриф: музыка для Петра и Павла' (Россия, 2004, режиссер - Адель Аль-Хадад, в ролях - Андрей Савостьянов, Дарья Михайлова, Альберт Филозов, Александр Феклистов) прошел в Федеральном агентстве по делам культуры и кинематографии 22 декабря.
Лето 1878 года. 38-летний Петр Ильич Чайковский (Савостьянов) в сопровождении слуги Алексея приезжает в маленький городок Каменку навестить свою сестру Александру (Михайлова) и ее мужа Льва Давыдова (Феклистов). Тихая провинциальная жизнь с приездом композитора на время приобретает новый ритм: каждый считает своим долгом пообщаться с гением. Эксцентричный Чайковский играет с утра на рояле, гуляет по усадьбе в 'шапке-невидимке', ссорится с приехавшей женой, устраивает истерики. Он привозит с собой музыкальное произведение 'Благообразный Иосиф' и репетирует его в местной церкви. На премьере хор несколько раз сбивается, и Чайковский в ужасе убегает из храма. Блуждая по лесу, он находит избушку, где ведет долгие разговоры с воображаемым Моцартом о смысле жизни гениев на земле и на небе, а после возвращается домой.
Дебютная работа режиссера Аделя Аль-Хадада, известного по актерским работам в фильмах 'Звезда и смерть Хоакина Мурьеты', 'Еще одна ночь Шехерезады' и 'Родина ждет'. Название картины трактуется следующим образом: если представить, что общепринятое изображение жизни великого композитора - это канон, то происходящее в фильме, несмотря на строгое следование историческим фактам, следует считать апокрифом. 'Гении - это павшие ангелы, творящие, чтобы оправдаться', - уверяет Петра Ильича герр Моцарт. 'Он не человек, он птица', - откровенничает с местным приставом жена композитора Антонина Ивановна Милюкова. Так, на грани гротеска и трагедии Адель Аль-Хадад пытается разобраться в природе гения: каково столь одаренному, неординарно мыслящему человеку жить в среде обыкновенных людей, каково музыканту с таким абсолютным слухом жить в мире постоянно диссонирующих звуков? Конфликт одаренности и посредственности очень привлекателен для пристального режиссерского вглядывания. Этим периодически не перестают заниматься многие кинематографисты, каждый раз решая эту тему по-своему. В нашем случае изобразительный ряд фильма выглядит полной архаикой, и это несомненный плюс. Казалось, тысячу кинематографических лет назад в чеховских мотивах фильмов Михалкова именно так пили чай с вареньем под лампой с кружевным абажуром, так же неясно томились от тоски и палили в луну из ружья эти странные русские. Тот же солнечный свет струился в листве и лицах, тот же надлом заставлял героев ломать резные калитки и бежать от себя к себе под вечную музыку надрывной русской шарманки. Таким образом, Аль-Хадад раз и навсегда доказал, что в России 'Ночного дозора' и 'Антикиллера' осталось место и для таких фильмов. В связи с этим говорить о недостатках картины, будь то сбивчивый ритм или некоторая затянутость (фильм длится два часа двадцать минут), просто не хочется.
Анастасия Белокурова, InterMedia