Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

05.12.2016
04.12.2016
03.12.2016
02.12.2016

ХОТЯТ ЛИ РУССКИЕ «ВОЙНЫ»?

30.06.02 18:01 Раздел: Рецензии и обзоры Рубрика: Рецензии и обзоры
ХОТЯТ ЛИ РУССКИЕ «ВОЙНЫ»?

Показы фильмов «Война» (Россия, 2002, режиссер - Алексей Балабанов, в ролях - Сергей Бодров, Ингеборга Дапкунайте, Алексей Чадов), «Прикованный» (Россия, 2001, режиссер - Валерий Рыбарев, в ролях - Владимир Гостюхин, Алла Клюка, Юлия Алексеева), «Пастух своих коров» (Россия, 2002, режиссер - Александр Гордон, в ролях - Владимир Черняев, Анастасия Сапожникова, Рогвольд Суховерко) прошли в рамках российской программы ММКФ в Доме кино 22-27 июня.
Российская программа XXIV ММКФ открылась фильмом Алексея Балабанова «Война». Про картину написано уже много (см. КИНО от 13.03.02), но при обзоре российской программы важно обратить внимание на то, что фильм-открытие как бы задает тон всей программе. Открывать нашу программу «Войной» теперь - это mauvais ton. Ни для кого не секрет, что Балабанов - русский ультрапатриот и его взгляды находят отражение в таких его работах, как «Брат», «Брат-2» и «Война». Разумеется, Михалкову, который мечтает о всякого рода «возрождении» - кинематографа, монархии, России, - не может не импонировать авторская позиция Алексея Балабанова. Тем более, в этом году мы предъявили Владимиру Путину и российской общественности выдающиеся достижения нашего кино - целых три российских фильма в конкурсе, а официальную российскую программу обозвали ни много ни мало «Россия, которую мы обрели». Этот надуманный, высосанный из пальца патриотизм, надо сказать, оказался «с душком» - уж больно сильно отдает национализмом. И это при том, что остальные фестивальные программы имеют яркую антифашистскую направленность (стоит упомянуть хотя бы о таких работах, как «Пианист», «Кедма», «Арарат» и проч.). На интернациональном фоне борьбы с фашизмом российская программа на ММКФ выглядела как бельмо на глазу.
Фильм «Прикованный» насквозь проникнут «русской идеей»: афганский ветеран живет на берегу Финского залива в заброшенном доме. Периодически с ним случаются припадки ненависти (за отчизну обидно) - и тогда он приковывает себя наручниками к батарее, чтобы не совершить какое-нибудь злодеяние. Сюжет строится на том, что к нему из «братской Белоруссии», откуда он и сам родом, приезжает погостить странная молодая девушка (Алла Клюка). И как бы режиссер ни старался оставить зрителю на десерт то, что героиня Клюки приходится дочерью горемычному афганцу, это становится понятно уже через пять минут с момента ее первого появления в кадре. Ирина Гращенкова, составитель российской программы в этом году, представляя публике ленту Рыбарева, определила ее жанр как «публицистическая мелодрама». В этом есть своя доля истины - добрую треть фильма занимают совершенно уже невероятные монологи главного героя о состоянии России, мол, до чего же мы докатились, нищета, разруха и проч. Картина, конечно, запоздала - ей бы выйти лет 10 назад, а сегодня она смотрится явным анахронизмом.
Нашумевший дебют Александра Гордона «Пастух своих коров» проникнут неопочвенническими настроениями: молодой человек, без пяти минут инженер, бросает все и уезжает жить в деревню, чтобы стать ближе к природе. Слово «дачники» звучит из его уст как ругательство. Он становится пастухом, а зрителю в течение двух часов предлагается наблюдать за тем, как Колька пасет своих коров и постепенно старится, старится, старится. К этому всему в качестве «бонуса» добавляются нелепая любовная интрига в начале фильма и труднодоступная для понимания сюжетная линия сестры героя. Искушенный зритель может увидеть в ряде эпизодов фильма различные аллюзии, например, на фильм Параджанова «Тени забытых предков», - видно, что, перед тем как подняться на режиссерский мостик, Гордон проштудировал немало правильных книжек и пересмотрел немало правильных фильмов. Пастух Колька показан автором как идеальный крестьянин, и многие воспримут и уже восприняли этот образ именно так. Неважно, что сам Гордон иначе трактует собственную картину (см. ЦИТАТЫ). Если понимать эту ленту как попытку показать городскому жителю современную деревню, то попытку эту стоит признать неудачной: у режиссера получилась не зарисовка с натуры, а лубок. А если согласиться с Гордоном и определить ее жанр как притчу, то нельзя не добавить, что, во-первых, для притчи она слишком туманна: донкихотство героя ничем не мотивировано (Гордон мог бы, конечно, исправить положение, рассказав в предыстории о том, что Колька начитался Валентина Распутина, Виктора Астафьева и других не менее замечательных наших писателей-деревенщиков), а во-вторых, откровенно скучна.
Из всего ряда российских работ, представленных в этом году на фестивале, действительно интересными представляются разве только четыре: «В движении» Филиппа Янковского (см. КИНО от 26.06.02), «Письма к Эльзе» Игоря Масленникова (см. КИНО от 26.04.02), «Кукушка» Александра Рогожкина и «Чеховские мотивы» Киры Муратовой (см. КИНО от 30.06.02).
Константин Зайцев, InterMedia