Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

08.12.2016
07.12.2016

ЗРИТЕЛИ ОПЛАКИВАЛИ СУДЬБУ «МАДАМ БАТТЕРФЛЯЙ»

19.05.02 15:59 Раздел: Хроника Рубрика: Хроника
ЗРИТЕЛИ ОПЛАКИВАЛИ СУДЬБУ «МАДАМ БАТТЕРФЛЯЙ»

Премьера оперы «Мадам Баттерфлей» Джакомо Пуччини прошла в музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко 4, 5 и 18 мая. В третьем спектакле в главных ролях выступили Ольга Гурякова (Чио-Чио-сан), Михаил Урусов (Пинкертон), Наталья Владимирская (Сузуки), Евгений Поликанин (Шарплес), Валерий Микицкий (Горо), Че Ен Джун (принц Ямадори). Традиционно опера была поделена на две части, где второе и третье действие шли без антракта. Она прозвучала на итальянском языке, но зрители могли ознакомиться с русским переводом с помощью бегущей строки на электронном табло. Таким образом, режиссер-постановщик Людмила Налетова решила сразу две проблемы - сохранила аутентичность текста и в то же время дала слушателям, незнакомым с фабулой оперы, возможность понять все сюжетные коллизии.
В плане декораций были найдены простые, но небанальные решения. Японский домик, несколько круглых валунов и изящная белая лодка составляли весь сценический реквизит. Именно лодка стала центром происходящих событий: на ней Чио-Чио-сан объясняется Пинкертону в любви, и в ней же главная героиня кончает жизнь самоубийством. Несколько прямолинейно была решена первая сцена с ловцами бабочек, но такой прозрачный намек был воспринят большинством зрителей как должное.
Что до костюмов и движений, то длительная работа по подбору историко-этнографических материалов дала свои результаты. Забавно выглядели те, кто по тексту либретто и должен выглядеть нелепо, - гости на свадьбе, а Ольга Гурякова и Наталья Владимирская двигались в японских кимоно вполне естественно. Большое внимание было уделено световым эффектам. Лучи юпитеров позволяли сделать сценическое пространство более объемным или, наоборот, заднюю часть сцены оставить в тени и сосредоточить внимание на рампе.
Драматический накал спектакля держался на Ольге Гуряковой, которая эмоциональной игрой отодвинула на второй план своего партнера Михаила Урусова. Показывая духовную эволюцию своей героини, Гурякова подкрепляла изменения в ее характере не только жестами, но и тембром голоса, который из мягкого постепенно превратился в холодный с металлическими нотками.
Наибольший восторг у публики вызвала заключительная часть оперы. Этому способствовало и экспрессивное исполнение оркестра, которым руководил Ара Карапетян. Почти истерические ноты, прорывавшиеся в оркестровом финале, заставили некоторых чувствительных дам даже всхлипывать и утирать слезы.
Наталья Светлакова, InterMedia