Ваш аккаунт активирован

Поздравляем! Ваш аккаунт активирован!

06.12.2016
05.12.2016

ПРЕМЬЕРА

08.11.00 17:36 Раздел: Хроника Рубрика: Хроника
ПРЕМЬЕРА

Премьера спектакля "Чапаев и Пустота" по мотивам одноименного произведения Виктора Пелевина состоялась 7 ноября в театре клоунады Терезы Дуровой. Собиравшуюся на премьеру публику приветствовали революционные лозунги, украшавшие как подходы к театру, так и интерьеры, а также военный духовой оркестр, исполнявший чудный микс из "Варяга", Окуджавы ("Десятый наш десантный батальон") и Газманова ("Москва"). Удачливым операторам удавалось забраться в тачанку и снимать происходящее, временами переводя камеру на конский круп. Композиционным центром уличного шоу был приезд Чапаева, громко призвавшего ударить чем-то народным и революционным по наркомании, алкоголизму и прочим пережиткам империалистического прошлого. Дальше действие переместилось в помещение, где запах пороха мешался с благовониями, а рядом со сосредоточенным японцем в кимоно барышни в красных косынках голосили под гармонь песни, некогда поднимавшие боевой дух красноармейцев. Японец не отвлекался - он медитировал. Сотрудники гардероба носили потертые фуражки.
Александр Ф.Скляр против ожидания представил не "Нижнюю тундру", созданную по мотивам пелевинского рассказа, а более стилистически оправданную программу "Запрещать запрещается" - вместе с клавишником Александром Белоносовым и контрабасистом Альберто Альфонсо Лопесом. Перед концертом по сцене прошлись Жебрунов и Барболин, но в музыке белогвардейщины было все же больше, хоть лидер "Ва-банка" и надел кожаную куртку чекистско-комсомольского пошива.
Марию Миронову из-за ее болезни заменила актриса второго состава. Премьера прошла успешно, хотя лучшие места книги в спектакль и не попали. Основное действие происходило вокруг подвешенной к потолку больничной койки. Она постоянно медленно раскачивалась вместе с сидящими на ней действующими лицами и временами было даже не совсем ясно, качается ли кровать или, напротив, весь зал вокруг нее, а сама койка остается неподвижной - что прекрасно иллюстрировало идею тонкой грани между реальностью бабочки и реальностью Лао-цзы.